Информационное агентство / Аналитический центр

Как развеять ауру пугающей таинственности вокруг предпринимательства

27.12.2018 | 13:12
|
313
текст Владимир Козлов

Заместитель генерального директора ООО «Центр предпринимательства» Эрик Хансен считает, что опыт России в распространении акселерационной программы ScaleUp — один из самых передовых в мире. Между тем, после «майских» указов президента РФ интерес городов к акселераторам для малого бизнеса как никогда велик

Как вышло, что Россия стала одной из передовых стран в развитии движения ScaleUp? В чём именно сейчас заключается передовой опыт?

— Нужно напомнить, что движение ScaleUp призывает сосредоточивать внимание и ресурсы на действующих компаниях и предпринимателях, у которых есть желание и возможность укрупнять свой бизнес именно сейчас, в то время как большинство традиционных акселерационных программ сосредоточено на стартапах. Однако стартапы скорее изымают ресурсы из предпринимательской экосистемы, они обычно не получают почти никакого дохода, не платят налоги и не создают рабочие места. И более 90 процентов стартапов терпят неудачу. А программы ScaleUp помогают предпринимателям, уже прошедшим стадию стартапа, получить необходимые навыки, связи и возможности для дальнейшего развития. Такие предприниматели уже создали свой продукт, но нуждаются в компетенциях для дальнейшего роста бизнеса. Во всём мире наиболее распространённой частью программ ScaleUp являются акселераторы ScaleUp, которые длятся от шести до девяти месяцев и включают в себя передачу знаний, обмен опытом и наставничество. Центр предпринимательства разработал и использует в России подобную акселерационную программу, включающую все эти три компонента.

Я знаком с основным идеологом движения ScaleUp Дэниелом Айзенбергом, изучал его опыт реализации программы во многих странах. Модель Дэниела заключается в том, чтобы проводить программу в каждой стране самостоятельно с привлечением местных партнёров. Такой подход, конечно, ограничивает количество проводимых программ. В отличие от модели Айзенберга, мы решили проблему расширения программы — это не просто программа, реализуемая нами в одном регионе. Центр предпринимательства предоставляет региональным партнёрам все инструменты для того, чтобы они могли самостоятельно реализовывать программу на местах. Это очень важно. Все элементы программы должны быть региональными, а мы только обучаем команду, местных тренеров, проводим семинары по методике наставничества. Наличие такой методологии позволяет запускать акселератор там, где он нужен — это и есть российский передовой опыт.

— Сегодня программа реализуется в десяти городах. Один поток — около 15 предпринимателей. Значит, в идеале в год сегодня в России эту программу проходят около 150 предпринимателей. Это достаточно конкурентоспособные цифры по сравнению с опытом других стран?

— Да. Но вы посчитали только слушателей программы. Вообще-то мы не ограничиваемся только ими. Мы считаем всех, кто был вовлечён в работу. В течение одного потока 15 человек получают, по замыслу, прямую выгоду — рост оборотов. Но есть ещё и 15 наставников, которые делились своими идеями о том, как развивать бизнес наставляемого. Есть тренеры — действующие предприниматели, отвечающие за компонент обучения; партнёры, привлекающие финансирование и реализующие программу; те, кто выступает на нетворкинг-мероприятиях; и участники открытых мероприятий, проводимых в рамках программы.

В каждом городе реализации акселератора ScaleUp мы также рекомендуем нашим партнёрам привлекать экспертное сообщество и создавать попечительский совет, состоящий из ключевых игроков предпринимательской экосистемы региона: авторитетных представителей региональной власти и организаций поддержки, принимающих решения по вопросам развития предпринимательства в регионе, а также успешных предпринимателей. Эти эксперты влияют на темпы развития экосистемы предпринимательства в регионе и на выбор эффективных инструментов, к числу которых относится акселератор ScaleUp.

В результате сотни людей в каждом городе участвуют в программе. Это программа не для 15 человек, она служит формированию экосистемы предпринимательства и предпринимательского сообщества в регионе.

— Слово «экосистема» в последнее время прочно вошло в наш лексикон, но не хватает понимания стандартов той экосистемы, которая содействует развитию предпринимательства. По каким вехам принято определять, на какой стадии развития находится та или иная экосистема?

— Для регионов, где есть здоровая экосистема для развития предпринимательства, программа ScaleUp не нужна. Есть места, в которых экосистема сформировалась сама, естественным путём. ScaleUp — это внешний стимул для движения в эту сторону, инструмент для управления этим процессом. Движению ScaleUp в мире всего пять-шесть лет. И я не могу сказать, что где-то его результаты уже привели к тому, что необходимость в программе отпала. Признак здоровой экосистемы — желание бизнеса развиваться, реализовывать проекты в своём регионе, а это значит, что местное сообщество позволяет находить средства, кадры, ресурсы на новые проекты, когда все общаются и понимают, куда они идут, как они могут себя здесь реализовать. В идеале в какой-то момент развития определённого региона программа ScaleUp должна стать ненужной.

— Примеры из зарубежного опыта показывают, что там инициаторами программы становятся муниципалитеты или институты развития.

— Да, это очень важно.

— Но в России, как мне показалось, эти структуры не вполне пока поняли, что это такое. Тут скорее вы выступили в этой роли.

— Мы увидели свободную нишу, которой никто не занимается, поэтому стали инициаторами. Я думаю, даже лучше, когда новую тему начинают развивать частные компании. Но это не значит, что государство не играет роли. Фонды поддержки предпринимательства должны о ней знать, регионы, на мой взгляд, могут брать её на вооружение.

— А где-то в России акселератор становился частью региональной системы поддержки предпринимательства?

— У нас были разные степени содействия местных властей. В Томске одним из наших тренеров был руководитель регионального фонда поддержки предпринимательства. Некоторые наши партнёры получали финансирование от местной власти. Всегда лучше, когда местная власть поддерживает программу. В мире мы видим, что иногда создаются специализированные структуры для управления такими программами, иногда эту функцию берут на себя предпринимательские объединения — такие, как российская ОПОРА.

— Как дальше развивать ScaleUp в России?

— Мы изучили рынок и увидели, что в России есть около 50 городов, в которых достаточно малого бизнеса интересующей нас категории — 5-25 миллионов рублей выручки в год — для того, чтобы провести несколько потоков программы. Поскольку мы представлены только в десяти, у нас есть ещё сорок городов, в которых мы могли бы работать — мы сфокусированы сейчас на них. Идеальный план — делать программу во всех пятидесяти.

— Основная схема входа — найти регионального партнёра, который придумает, как внедрить программу?

— От партнёра зависит очень многое — мы не входим в города, где партнёра нет или партнёр слабый. Мы не сами реализуем программу — это программа для города. Региональный партнёр может найти местное финансирование.

— Даже в майские указы президента Путина попал тезис о том, что необходимо создавать систему акселерации для малого и среднего бизнеса. Вы видите реальное пробуждение интереса к теме? Кто, на ваш взгляд, в процессе создания такой системы оказывается главным локомотивом?

— Мы чувствуем повышение интереса. Мы в октябре провели в Нижнем Новгороде Национальную конференцию по обмену опытом участников акселерационной программы «Форум акселерации малого бизнеса», пригласив на неё администрации тех сорока городов, о которых я говорил. Просто написали письма — и представители от десяти городов приехали, то есть, более одной пятой потенциального рынка. Я считаю, что это свидетельство огромного интереса, который создает условия для распространения программы уже в следующем году.

— В последние годы стали говорить, что в России вообще в предпринимательстве занято гораздо меньше граждан, чем в других странах — 4,7 процента, тогда как в Бразилии около 17 процентов. Поэтому и плотность малых предприятий недостаточно велика, поэтому и в зоне вашего интереса лишь 50 городов. Вы изучаете образовательные технологии в сфере предпринимательства. Как другие страны работают с этой проблемой?

— Процент населения, которое занимается предпринимательством, очень сильно связан с образованием. Что Россия могла бы сделать? Внедрить программы по предпринимательству в вузах, после обучения которым человек будет иметь возможность получить степень по предпринимательству. Сейчас в России такой возможности нет. Встречаются отдельные предпринимательские курсы на факультетах экономики. Но нет полноценной образовательной программы, по которой человек мог бы учиться предпринимательству четыре года и во время обучения уже начинать свой бизнес. Предпринимательство — это эфир. Это не то же самое, что профессия автомеханика или даже врача, — там есть инструменты для совершения конкретных операций. Предпринимательство — это сложный процесс, и успешные программы в вузах на Западе обучают этому, разбивая сложный процесс на составляющие. Как привлечь инвестиции — есть этапы работы по привлечению средств, их надо изучать. Как оценить потенциал своей бизнес-идеи — есть много разных способов, их надо знать. И так далее. И когда вы обучаете этому, аура неизвестности, таинственности вокруг предпринимательства немного рассеивается — есть конкретные шаги. Когда студент понимает, как действовать на каждом этапе своего дела, страх исчезает — он начинает действовать более рационально. Мы уже двенадцать лет реализуем программу «Динамичная модель обучения предпринимательству» — это программа для вузовской профессуры о том, как преподавать предпринимательство, как создавать курсы по предпринимательству. За это время обучение прошли около 400 профессоров от Калининграда до Владивостока — это полезно даже в условиях, когда нет факультетов предпринимательства. Появление таких курсов — важный процесс, но без утверждения на государственном уровне образовательного стандарта по предпринимательству системного результата не добиться. В ряде стран такой образовательный стандарт действует, он позволяет человеку в 17 лет выбирать для себя в вузе факультет предпринимательства. Я знаю, что в России ведётся работа в этом направлении — в частности, Национальная ассоциация по обучению предпринимательству, куда в качестве членов входят преподаватели предпринимательства из вузов, пытается ставить вопрос о введении стандарта по предпринимательству.

Второй момент — должны быть местные публичные истории успеха, которые дают ролевые модели, мотивируют молодёжь. Успешные предприниматели имеют за плечами и опыт неуспеха — и это очень важно. Общаясь с ними, люди понимают, что ошибки — это нормально, их не надо бояться, их надо разбирать, анализировать. И в этом вопросе у медиа особая роль. Потому что часто мы можем встречать заголовки типа «Предприниматель Сидоров обманул такое-то количество людей». Это неправильно, потому что сделал это не предприниматель Сидоров, а жулик Сидоров. К предпринимательству это не имеет отношения. Но люди слышат такую новость и не хотят, чтобы их дети были предпринимателями. Для формирования правильного образа предпринимателя очень важно, как именно этот образ транслируется в СМИ. Так что в выборе слов большая надежда на вас.

Другие публикации раздела: Новости

Нет комментариев. Ваш будет первым!