Не тормозите локомотив модернизации

345
3 минуты

Редакционная статья


Когда пять лет назад тогдашний президент Дмитрий Медведев провозгласил курс России на модернизацию, в его программной статье «Россия, вперёд» о сельском хозяйстве не было сказано ни слова в контексте прозвучавших тогда призывов к созданию в стране инновационной экономики. Между тем именно в АПК инновационный процесс развернулся наиболее полно, ведь в сельском хозяйстве, особенно в животноводстве, в отличие от тяжёлой промышленности, продуктивного советского наследия фактически не осталось. По сути дела, целую отрасль пришлось «сажать» на новую технологическую платформу, и в ряде сегментов АПК это получилось более чем успешно. В птицеводстве, например, были сделаны инвестиции на общую сумму порядка 330 млрд рублей, и в итоге Россия стала обеспечивать себя мясом птицы почти на 90%. Хотя в народе ещё свежа память о «ножках Буша».

На Юге успехи последних лет наиболее заметны, ведь АПК и всё, что с ним прямо или косвенно связано, — это чуть ли не главная отрасль макрорегиональной экономики. Говоря о некоторых её сегментах, сразу вспоминаешь знаменитое сталинское рассуждение: у нас не было авиастроения — теперь оно у нас есть и т.д. В птицеводстве, например, ряд подотраслей в промышленных масштабах на Юге был создан впервые — достаточно вспомнить проекты группы «ЕвроДон» по производству индейки и утки.

Однако все эти годы, несмотря на значительные объемы господдержки, аграрии развивались скорее стихийно, чем в рамках долгосрочной стратегии, разработанной государством, что называется, на века. Поэтому сегодня, когда вступление в ВТО создало перед российским АПК новые риски, а по поводу будущего отрасли в правительстве нет единого мнения, беспокойство аграриев совершенно оправданно. Ведь их планы развития строились в расчёте на то, что государство не бросит отрасль на произвол судьбы или, как минимум, не изменит приоритеты. А теперь получается, что тем же птицеводам могут подрезать крылья прямо на взлёте, если государство не станет продлевать действие отраслевой программы, действующей до 2015 года. Похожая история и в свиноводстве: за последние годы, когда десятки тысяч голов свиней выкосила АЧС, производители не получили от государства фактически никаких компенсаций.

Между тем село в ведущих южных регионах — это уже не та «забытая деревня», которую оплакивали полвека назад писатели-«деревенщики», и основной вклад в это сделали крупные агрохолдинги. Все эти годы они двигались по пути создания вертикально интегрированных структур, не уступающих по эффективности нефтегазовым компаниям, и это, в конечном итоге, отразилось и на качестве жизни селян. Но процесс интеграции происходил во многом потому, что отсутствие долгосрочных стратегических приоритетов у государства просто вынуждало крупных игроков закрывать «слабые звенья». Хотя сегодня, в ситуации нового обострения кризиса, это большой плюс: благодаря интеграции южный АПК застрахован от многих рисков. А тенденции развития южной экономики последних лет демонстрируют правоту прогнозов, что именно АПК будет единственной отраслью, которая сулит инвесторам беспроигрышные выгоды, ведь есть и пить люди будут всегда.

Тем важнее сегодня, в условиях нового обострения кризиса, сопровождаемого внешнеполитическими рисками, для властей всех уровней понимание того, что АПК никогда не подведёт, даже если в других отраслях будет всё плохо. Собственно, эта мысль и была лейтмотивом рассуждений руководителей агрохолдингов, с которыми мы общались при подготовке этого номера. Услышит ли их мнение государство? Насколько эффективна будет новая повестка, которую власти предложат аграриям, насколько своевременно они её получат и как при этом будут расставлены приоритеты по конкретным сегментам? На эти вопросы от государства нужны быстрые и чёткие ответы. Крупные игроки отрасли, безусловно, накопили большой запас стабильности, чтобы не зависеть от государства критически, но они способны расти гораздо быстрее, чем сейчас, и тормозить их стремление к этому было бы, как минимум, неразумно.