Подольский вернулся после факапа

816
15 минут
Подольский вернулся после факапа

Компания Кирилла Подольского ещё несколько лет назад была крупнейшим экспортёром зерна с территории СНГ, но предприниматель пережил банкротство, которое, однако, его не сломило: бизнесмен разработал приложение, позволяющее владельцам зернового транспорта экономить ресурсы и время при поставках сельхозпродукции.

Факап — сленговое выражение, которое значит неудачу или проигрыш. Опыт таких неудач в бизнесе порой даже важнее, чем опыт удач, поскольку учит гораздо большему. В мире есть целое мировое движение Fuckup Nights, которое посвящено разбору провалов в бизнесе.

История бизнесмена из Таганрога Кирилла Подольского полна драматизма. Он был одним из самых успешных на Юге предпринимателей, который поднялся на зернотрейдинге и сельхозпроизводстве, а затем потерял бизнес. Итогом падения стало персональное банкротство — этап, который Подольский переживает с достоинством.

В лихие 90-е Кирилл Подольский coздaл в Таганроге кoмпaнию «ЮгTpaнзитCepвиc» (ЮТС), был среди первых экспортёров российского зерна. До 2006 года предприниматель был гендиректором и миноритарным акционером ЮТС. Затем после конфликта с основными акционерами ЮТС создал вместе с топ-менеджерами этой компании свою Valars Group. «Валары» стартовали как трейдеры — за первый год они отгрузили зерна на 800 млн долларов. А уже в 2008-м компании достались все активы ЮТС, новая команда которого не справилась с управлением.

Но после у Подольского, по его же словам, случилось «головокружение от успехов». Хотелось вырасти ещё больше, для этого потребовались деньги. Valars Group привлекала кредиты, но недооценила риски и в итоге накопила долги. Команда Подольского пыталась решить проблему при помощи первичного размещения (IPO). Весной 2011 года 40% акций планировалось разместить на Варшавской фондовой бирже, что должно было принести 200–300 млн долларов. К этому времени у Valars Group было два ключевых направления: торговля зерном (ООО «Валары») и сельхозпроизводство (агрохолдинг Valinor с 360 тысячами гектаров земли, восемью элеваторами в России и на Украине).

Но IPO сорвалось из-за резко изменившейся финансовой ситуации в Европе. Путь на мировые финансовые рынки для компаний из развивающихся стран (в том числе и из России) был закрыт. При этом в подготовку к IPO «Валары» вложили 2 млн долларов, что вылилось для компании в прямые убытки. Чтобы спасти ситуацию и рассчитаться с кредиторами, Пoдoльcкий принял решение о распродаже активов Valars Group.

Параллельно он стал искать другие возможности для развития. Ему, помимо агропроизводства и трейдинга, была знакома и сфера ИТ. По специальности Подольский инженер-программист, высшее образование получил в Таганрогском радиотехническом институте (ТРТИ, также известном как «Радик»). В 2013 году предприниматель зaпуcтил в России cepвиc пo пpoдaжe aвиaбилeтoв AnуWaуAnуDaу, который пять лет спустя продал.

Новым витком развития предпринимателя стало участие в амбициозном ИТ-проекте — запуске интepнeт-cepвиcа в cфepe пepeвoзoк ceльхозгpузoв Smartseeds (на базе пoпуляpнoй плaтфopмы Uber for X). Правда, здесь экс-предприниматель Подольский работает топ-менеджером. Бизнec-мoдeль нe пpeдуcмaтpивaeт бумaжныx дoкумeнтoв: Smartseeds oбecпeчивaeт учacтникoв специальной элeктpoннoй пoдпиcью, пoзвoляeт видeть дeтaли пepeвoзки нa любoм этaпe, a тaкжe xpaнить пoдpoбную иcтopию зaкaзa. По словам Подольского, в новый проект вложился пул инвесторов, среди которых Артём Кузнецов, президент группы «Гута» (в неё вxoдят кoндитepcкиe фaбpики «Kpacный Oктябpь», «Poт Фpoнт», «Бaбaeвcкий», компания «Гутa-Дeвeлoпмeнт» и ряд проектов в cфepe элитнoй нeдвижимocти). На старте в проект было инвестировано 3 млн долларов. За полтора года с момента запуска в системе Smartseeds зарегистрировано более 5 тысяч зерновозов, а объёмы перевезённой продукции составляют около 1 млн тонн. Следующим витком развития компании стала цифровизация сделок купли-продажи зерновых и масличных, а также участие Подольского в разработке Единых правил торговли сельхозпродукцией в России. Их внедрение должно сделать рынок более цивилизованным и прозрачным.

Но в ноябре 2018 года в жизненном сюжете Подольского случился новый драматический поворот: предпринимателя признали банкротом по иску таганрогской компании «БИС консалтинг», которой Подольский задолжал 560 тысяч рублей. В беседе с «Экспертом ЮГ» Кирилл Подольский рассказал о своем «бизнесе на грани».

Путь туда и обратно

— Вы руководили одним из крупнейших в стране агрохолдингов, были его соучредителем. Затем вынуждены были продать бизнес. Сейчас управляете проектом Smartseeds, но не входите в число учредителей компании. В каком из двух качеств — предприниматель или топ-менеджер — вы осознаёте себя лучше всего?

— У меня сложные чувства. С одной стороны, мне очень нравится то, чем я занимаюсь — сам проект, активное участие в процессах, которые влияют на отрасль в целом, но, с другой стороны, я нахожусь в процессе персонального банкротства. Осознавать то, что я не предприниматель, а банкрот — тяжело. Моё банкротство — это наследие предыдущей предпринимательской деятельности (Valars Group. — «Эксперт ЮГ»). Так я расплачиваюсь за собственные ошибки. Я знаю, что пройду эту стадию и вернусь в большой бизнес. У меня есть и знания, и опыт, и силы. Я обязан вернуться в большой бизнес. Иное мне будет слишком сложно пережить. Есть много примеров, когда люди проходили банкротство, теряли компании и успешно отстраивали новый бизнес. Правда и то, что всё же большая часть предпринимателей не возвращаются на прежний уровень, и я понимаю почему. Я знаю, что Smartseeds — это классная, перспективная тема, способная качественно изменить целую отрасль. Потому и занимаюсь этим проектом, даже в этой непростой для себя ситуации.

Я давно понимал, что мне не избежать персонального банкротства. Довольно длительным был процесс завершения жизни Valars. Когда-то я много говорил о надёжной сплочённой команде, которая сложилась ещё в «Югтранзитсервисе» (первая трейдерская компания Подольского. — «Эксперт ЮГ»). В Valars у меня много было партнёров из той команды, им принадлежало 49 процентов компании. К сожалению, столкнувшись с серьёзными трудностями, люди повели себя по-разному — некоторые просто отошли в сторону, другие в последний момент активно поучаствовали в разграблении компании. В их числе были даже те, кому я особенно доверял. Активы мне пришлось по частям раздавать разным компаниям по указанию кредиторов. Получилось так, что некоторые задолженности Valars остались за периметром этих сделок. Это произошло отчасти из-за недобросовестного поведения некоторых кредиторов. Было ясно, что какие-то проблемы, которые оставили мне лично, приведут в итоге к моему банкротству. Путь осознания этого я уже прошёл. Думаю, летом 2019 года процесс банкротства будет завершён, и я смогу вернуться к полноценной деятельности. Я по-прежнему уверен в себе и думаю, что ни у кого сегодня нет одновременно такого набора компетенций в АПК и ИТ, как у меня. 

Расти на цифре

— На какой стадии находится сейчас бизнес, которым вы руководите? Какова его динамика?

— Сейчас Smartseeds — крупный оператор сельхозперевозок на юге России. Мы очень много работали после запуска над продуктом, в том числе над многочисленными приложениями для разных ролей в системе. Мы переосмысливаем в процессе некоторые вещи. Как один из примеров — отказ от установки трекеров на автомобили и переход к контролю геолокации через приложение водителя. Благодаря этому скорость регистрация транспорта в системе увеличилась в несколько раз и сильно упростилась. Сейчас в системе зарегистрировано более пяти тысяч автомобилей, и процесс пополнения активно продолжается. В минувшем агросезоне они перевезли свыше миллиона тонн продукции. 

— Где точки роста?

— Раздел перевозок будет расти и дальше — в сторону увеличения количества заказчиков и расширения географии. В ближайшее время мы будем выходить за пределы Юга. Крупнейшие компании отрасли (например, из Центральной России) готовы с нами работать. Интересно также и Поволжье. В частности, в Самарской и Саратовской областях есть крупные агрохолдинги, с которыми мы начнём сотрудничать. Мы активно будем развивать партнёрскую программу. Привлекать для работы в системе профессиональных экспедиторов. Особенно это важно для нас в связи с планами выхода в другие регионы.

Самое важное событие для нас — запуск в промышленную эксплуатацию системы для заключения сделок с зерновыми, масличными и другими товарами, которые относятся к категории soft commodity («мягкие» товары, т.е. товары, отличные от металлов, торговля которыми ведётся на лондонских фьючерсных рынках; к ним относятся кофе, зерно, картофель и сахар. — «Эксперт ЮГ»). Первые пробные сделки состоялись ещё в ноябре 2018 года с участием агрохолдинга «Степь» и ГК «Концерн “Покровский”». Сейчас платформа полностью готова к эксплуатации.

Мы пытаемся не создавать новых бизнес-процессов. Мы оцифровываем бизнес-процессы, которые существуют на рынке. Торговые сделки с зерном и другими видами сельхозпродукции перевели в цифровой формат. Такая электронная сделка, по сравнению с обычной, имеет множество преимуществ. В частности, мы показываем потенциальным продавцам и покупателям все предложения, все варианты по покупке и продаже, и сводим лучшие из них. Мы автоматизируем весь документооборот в рамках таких сделок. Обеспечиваем полную прозрачность и юридическую защищённость операций. В любой цепи поставок от продавца до покупателя мы можем показать весь набор документов. Причём формируем не только бухгалтерскую отчётность, но и всё, что связано со спецификациями к договорам, поручения экспедиторам, их расписки — словом, весь процесс. Я абсолютно убеждён, что не пройдёт и двух-трёх лет, как все сделки на этом рынке будут заключаться в цифровом формате — будет это Smartseeds или другие подобные платформы.

— Мы правильно понимаем, что появление и развитие сервиса Smartseeds послужило толчком к разработке в России единых правил торговли сельхозпродукцией? 

— Я являюсь инициатором разработки правил рынка сельскохозяйственной продукции. При Ассоциации добросовестных участников рынка сельскохозяйственной продукции создан Совет по стандартизации правил торговли сельскохозяйственной продукции, который я возглавляю. В этот совет входят представители всех крупнейших российских компаний АПК, а также ФНС, Минсельхоза России, ФАС. Работа над первой редакцией правил и основных договоров практически завершена. Международным правилам торговли на зерновом и масличном рынке уже 150 лет, свои правила действуют во всех зерновых державах — США, Австралии, Франции, Великобритании и других. Уже сегодня Российский арбитражный центр (РАЦ) при Российском институте современного арбитража разработал специальные правила арбитража для профессионального разрешения споров в сельскохозяйственной отрасли. В соответствии с требованиями действующего законодательства центр депонировал в Министерстве юстиции правила администрирования зерновых споров и сформировал список известных в отрасли профессиональных арбитров, к услугам которых могут обратиться стороны процесса. Стандартные Правила зерновой торговли в ближайшие недели дорабатываются Советом по стандартизации Ассоциации добросовестных участников рынка АПК. Но включать в договора третейскую оговорку и решать споры в арбитраже РАЦ участники рынка могут уже сегодня. Типизация договорных отношений создаёт лучшие возможности и для оцифровки процессов. У меня есть большое количество инициатив, при реализации которых рынок получит инфраструктуру, от отсутствия которой очень страдает.

Предприниматель — человек свободный

— Как считаете, с какого момента можно говорить о том, что предприниматель состоялся?

— Думаю, каждый предприниматель должен сам оценивать, состоялся он или нет, в зависимости от его собственных критериев, целей, которые он перед собой ставит. Я вижу огромную разницу между предпринимателями, которые получили огромный бизнес при приватизации, и теми, кто построил его с нуля. Сергей Галицкий с его «Магнитом», Владимир Мельников с «Глорией Джинс» и многие другие — вот примеры для подражания. Именно таких людей я считаю настоящими предпринимателями. Даже человек, получивший хорошее наследство и приумноживший его, благодаря тому, что просто грамотно управлял делом отца, имеет больше оснований считаться состоявшимся в бизнесе, чем люди, получившие активы за неполную цену, будучи участниками приватизации 90-х или по другим сложным современным схемам.

— Есть ли среди ваших друзей и знакомых люди с опытом предпринимательства? Насколько этот опыт успешен? Кого бы вы хотели отметить?

— Конечно, я нахожусь в кругу людей в основном успешных и остаюсь в нём даже в период своего банкротства — это, кстати, и будет залогом моего будущего успеха. И это только отчасти шутка.

Людям часто нравятся противоположности. У меня есть очень близкий друг ещё с юности — Александр Перельман. Я испытываю к нему огромное уважение как к человеку и предпринимателю, который в бизнесе как раз и является моей полной противоположностью. Если бы у меня было чуть меньше авантюризма, я, наверное, не потерял бы компанию, не стал бы банкротом. Ещё я должен был больше работать и правильно оценивать пришедший слишком легко успех. Вот Саша всегда работал больше меня. Не принимал авантюрных решений, пусть даже они сулили большой и лёгкий успех. У него практически не было падений, серьёзных просчётов. Если он что-то и закрывал, то делал это в соответствии со стратегией развития компании. В прессе про меня всегда писали намного больше, чем про него, но что мне это дало? А вот Перельман сегодня имеет успех и, наверное, серьёзное состояние. Но тем не менее вряд ли я смогу измениться. Надеюсь, приду к успеху всё же своим путем с небольшими корректировками.

— Какие первые три прилагательных приходят вам в голову при упоминании слова «предприниматель»?

— Смелый, свободный, независимый. Главное — свободный. В реализации проекта, создании нового продукта, который ты волен делать с кем хочешь и когда хочешь. Я иногда жалею чиновников или наёмных работников, не понимая, как они существуют при таком количестве ограничений, которые на них накладываются. 

— Хотели бы вы, чтобы ваши дети занимались бизнесом?

— Да, я буду воспитывать в них предпринимателей. В мире много примеров, доказывающих, что бизнесмены во втором поколении добиваются наиболее выдающихся результатов. За счёт хорошего старта, родительской поддержки, более глубокого образования. Всего, чего не хватило мне. Я хочу, чтобы мои дети как можно раньше почувствовали себя частью элиты. Чтобы они получили не только лучшее образование, но приобрели хорошие связи, возможно, ещё с детского сада. Я буду очень тщательно выбирать им места для обучения. Всё это даст им совершенно другие возможности в жизни. С другой стороны, они должны быть готовы к куда более жёсткой конкуренции. Их время будет намного сложнее.

Несовершенные законы и плохая повестка

— Отличается ли отношение к людям, которые занимаются предпринимательством в сфере малого и среднего бизнеса, от отношения к крупным предпринимателям?

— Отличается. Особенно со стороны тех, кто работает в крупных компаниях и взаимодействует с малым и средним предпринимательством, а значит, диктует им свою волю. Я говорю о случаях, когда предприниматели работают с крупным бизнесом. Менеджеры госкомпаний или даже крупных частных компаний очень часто считают себя небожителями. И совершенно напрасно. Время протекционизма и коррупции уйдёт в прошлое, и тогда станет ясно, кто чего стоит.

— Какие каналы в наибольшей степени влияют на ваше представление о том, что такое предпринимательство?

— У меня очень давно сформировался взгляд на то, что такое предпринимательство. Но иногда производят большое впечатление встречи с яркими и умными людьми. Правда, гораздо чаще производят негативное впечатление подлые поступки людей, серые глупые люди в огромных компаниях или чиновники и их иррациональное поведение. Наверное, иррациональным оно выглядит только для меня. На самом деле люди понимают, зачем они это делают.

— Что, на ваш взгляд, могло бы сделать образ предпринимателя в Ростовской области, на Юге в целом, более привлекательным?

— Я не считаю, что образ предпринимателя надо искусственно делать привлекательным. Это огромный пласт проблем в самом обществе, и его просто пропагандой не решить. Нельзя в людях всё время поощрять привычку к патернализму и одновременно призывать их стать предпринимателями.

— А если больше показывать положительных примеров, развивать институт наставничества, чтобы опытные предприниматели реально помогали начинающим?

— По мне, наставничество сейчас — это такая за уши притянутая история. Там какие-то другие, более сложные процессы должны быть, чтобы люди становились предпринимателями. Да и реальные предприниматели вряд ли будут кого-то наставлять. Им просто некогда этим заниматься. Проблемы на самом деле не в образе предпринимателя и не в наставничестве, а в чём-то другом.

— В чём, например?

— Например, жизнь предпринимателей отравляет протекционизм, который стал уже хуже коррупции. Ведь одни — те, кто ближе к власти — могут получать доступ к льготным ресурсам, господдержке, а другие, часто более достойные, такой возможности лишены, потому что все не могут быть близко к власти. Это неправильно. Необходимо создать равные условия для всех. Вот часть моих активов попала в одну очень известную компанию. И что? Там стали лучше управлять ими? Отчётность этой компании гораздо хуже Valars, но бесконечный доступ к деньгам госбанков позволяет им себя отлично чувствовать.

— Как вы считаете, какую роль играют местные чиновники в развитии частного предпринимательства?

— Смотря к какому типу бизнеса это относится. Но если ты уже с этим столкнулся, то хорошего будет мало. Низкая квалификация людей, коррупция, просто узкий кругозор. Пропали яркие личности из местной власти. Это хорошо видно по моему родному Таганрогу. Глава администрации Андрей Лисицкий — искренний хороший человек, но какие же бестолковые и чванливые люди его окружают. Но это моё частное мнение. Возможно, что, как всегда, я занимаю слишком крайнюю позицию. В бизнесе мне это уже дорого обошлось.

  • Комментарии
Загрузка комментариев...