Альтернативы кредитованию — главные точки роста на рынке денег для бизнеса

1348
11 минут

В условиях «ковидной» экономики потребность бизнеса в деньгах становится больше. Однако точкой роста в сфере финансирования малого и среднего бизнеса является вовсе не кредитование, а другие направления — например, облигации и краудлендинг

Альтернативы кредитованию — главные точки роста на рынке денег для бизнеса

«Дорожная карта» по развитию финансирования субъектов малого и среднего предпринимательства (МСП) на 2021–2022 годы, разработанная Банком России с учётом предложений бизнес-сообщества, включает совершенствование традиционных кредитных инструментов для бизнеса и продвижение новых инструментов. Например, важная задача — обеспечение доступа предприятий малого бизнеса к крауд-платформам и выхода на фондовый рынок (через выпуск коммерческих и биржевых облигаций) для привлечения средств на развитие. Кроме того, в конце 2021 года, согласно «дорожной карте», запланирован запуск пилотного проекта по проведению факторинговых сделок с субъектами МСП с помощью специализированных онлайн-площадок.

Поддержка регулятором небанковских сервисов объясняется необходимостью поиска вариантов, альтернативных кредитованию, так как, по оценкам агентства «Эксперт РА» (RAEX), последние пять лет финансовый рынок в России переживает фазу кредитного сжатия.

Вера в кредиты при отягчающих обстоятельствах

Как отмечают в RAEX, фаза продолжительного кредитного сжатия — сокращение кредитования на фоне снижающихся процентных ставок — длится в России с 2015 года. Кредитная активность нефинансового сектора сбавляет темпы. Так, пять лет назад объём банковских кредитов в целом составлял 58 трлн рублей. Затем происходило постепенное падение объёмов, и в 2018 году эта цифра едва превышала 52 трлн рублей. Правда, в 2019-м в России произошёл рост объёма кредитования на 4,9% — до 55,5 трлн рублей (больше, чем в 2018 году, но меньше, чем по итогам 2015-го). Хороший прирост дал малый и средний бизнес. По данным ЦБ РФ, в 2019 году банки выдали МСБ рекордный за последние шесть лет объём кредитов на общую сумму 7,8 трлн рублей (на 15% больше, чем в 2018-м). Правда, и уровень дефолтности в этом сегменте по итогам года был высоким — почти 12%. С наступлением пандемии ситуация ухудшилась. Спрос на кредиты со стороны юрлиц упал. Особенно сильно не хотели «плодить долги» представители МСП. В конце марта эксперты RAEX даже прогнозировали, что объём выданных кредитов субъектам малого и среднего бизнеса в 2020 году будет на 20% ниже уровня 2019-го и составит около 6,3 трлн рублей (если не будет стимулов для роста кредитной активности; поддержки со стороны государства).

Как рассказали несколько независимых экспертов финансового рынка, в начале 2020 года произошло не только сильное падение спроса на кредиты, но и ужесточение банками условий кредитования (в связи с инструкцией регулятора о более строгом подходе к качеству оценки заёмщиков как способе борьбы с дефолтами).

Правда, в III квартале требования банков слегка смягчились. Это, наряду с принятыми мерами поддержки бизнеса (кредитные каникулы, льготные и невозвратные кредиты), а также снижением процентных ставок (они, в 2020 году, по целому ряду продуктов, были снижены до уровня ключевой ставки ЦБ — 4,25%) спровоцировали оживление кредитной активности. Однако их долгосрочный вклад в восстановление кредитного цикла пока ещё под вопросом, уверены в RAEX.

«Собственные средства в значительной степени сократились из-за снижения прибылей нефинансового сектора и не смогут дать импульс инвестиционной активности, — приводится в исследовании комментарий Антона Табаха, управляющего директора по макроэкономическому анализу и прогнозированию агентства “Эксперт РА”. — Кредиты как источник заёмных средств стеснены требованиями к достаточности капитала, а из-за пандемии оказались зажатыми ещё в большей степени на фоне сокращения финансовой устойчивости заёмщиков. Льготные кредиты, введённые для поддержки бизнеса, позволят пострадавшим предприятиям получить заёмное финансирование, однако инвестирование этих средств маловероятно».

Окончательных цифр по объёмам кредитования в 2020 году предприятий микро , малого и среднего бизнеса пока нет. Но, выступая на онлайн-брифинге по «промежуточным итогам 2020 года», директор департамента обеспечения банковского надзора Банка России Александр Данилов сообщил, что в минувшем году темпы кредитования МСП были высокими — порядка 20%, что серьёзно выше темпов 2019 года (11,9%)

В самих банках считают, что в сфере кредитования МСП мало что изменилось. Объёмы остались на уровне 2019 года или даже стали чуть выше. Например, Юго-Западный банк Сбербанка России (ЮЗБ) в 2020 году выдал представителям МСП около 47 млрд рублей («почти столько же, сколько и в 2019-м»). Основная доля приходится на предприятия торговли, АПК и транспорта: около 80% кредитного портфеля банка. В пресс-службе ЮЗБ говорят, что в период пандемии, когда многие представители МСП испытывают сложности с деньгами, в банке активно поддерживают федеральные программы и разрабатывают собственные. «Например, в январе 2021 года были внесены изменения в действующую программу Министерства экономического развития, направленную на поддержку малого и среднего предпринимательства. Теперь кредитные договоры для этого сегмента могут быть заключены по ставке не более семи процентов», — сказали в пресс-службе «Сбера».

Руководитель филиала «Южный» банка «Открытие» Игорь Нестеров в беседе с «Экспертом ЮГ» отметил, что классическое кредитование МСП по-прежнему остаётся одним из главных направлений деятельности банка, что ни о каком снижении объёмов, сужении рынка речи пока нет. «Год к году объёмы кредитования у нас примерно одинаковые, и мы не намерены их уменьшать», — заверил банкир.

Банкам проще и спокойнее кредитовать крупные компании, которые лучше чувствуют себя в текущей ситуации, тогда как малый бизнес — постоянно в зоне риска

По мнению независимого эксперта в сфере экономики и финансов Ирины Тыртышной, малый бизнес перестаёт быть привлекательным для банков. «Им проще и спокойнее кредитовать крупные компании, которые стабильны, лучше чувствуют себя в текущей ситуации (у них больше запас прочности), есть доступ и к крупным заказам, и к госконтрактам, тогда как малый бизнес — постоянно в зоне риска, — уверена г-жа Тыртышная. — Надо отделять кредитные ресурсы, полученные компаниями в рамках господдержки наиболее пострадавших отраслей, от кредитов, которые банки выдают как коммерческие. Ужесточение требований к заёмщикам со стороны банков и текущая сложная ситуация привели к тому, что сейчас доля малого бизнеса, ИП в кредитных портфелях банков падает».

Интересную статистику приводит «Эксперт РА»: в рекордном по выдачам МСП 2019 году основную часть кредитов (80%) малый и средний бизнес брал у 30 крупнейших банков РФ, чьи портфели выросли за год на 20% и достигли 3,6 трлн рублей. Однако доля кредитов МСП в этих портфелях составила менее 10%. «Меры по предотвращению коронавирусной инфекции нанесут существенный урон бизнесу, в результате агентство ожидает роста просроченной задолженности субъектов МСБ до уровня 17–18 процентов по итогам 2020 года», — прогнозировали аналитики RAEX в апреле. Регулятор и банки делали всё, чтобы избежать роста дефолта.

«Все банки ужесточили верификацию, так как во время пандемии многие сферы бизнеса оказались либо разорены, либо на грани банкротства, — уверен CEO финансовой группы “Автоломбард 38” Михаил Вяткин. — Банки были вынуждены ужесточить критерии анализа и оценки своего риска. Сейчас для бизнеса часто встаёт вопрос: “Где взять деньги, если отказал банк?”. И если долгое время хорошей альтернативой было ломбардное кредитование, то сегодня, благодаря развитию финтеха, горизонт возможностей расширяется».

Бизнес с приставкой «крауд»

В ковидном 2020 году в финансовом секторе появился краудлендинг (от англ. crowd («толпа») и lending («кредитование», «ссуда»)), который сами игроки этого сегмента считают серьёзной альтернативой банковскому кредитованию. Это — интернет-площадки для привлечения средств. Ставки на таких платформах — 15–25% годовых, а требования для потенциальных заёмщиков не такие жёсткие, как в банках. Хотя заёмщиков, зарегистрированных на платформах и подавших заявки на сбор денег, проверяют по многочисленным критериям (на надёжность, платёжеспособность и т. д.).

Развитию нового сегмента способствует политика федерального правительства и Банка России. С 1 января 2020 года в РФ вступил в силу № 259-ФЗ «О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ...», подготовка которого началась ещё в 2017 году. Закон определил регулирование в сфере краудфинансов, обозначил правила привлечения средств, а также основы работы площадок. Кроме того, закон ограничил и верхнюю планку для физлиц, которые могут вкладывать на платформах не более 600 тысяч рублей в год.

Уже в декабре 2019 года Сбербанк, в преддверии вступления в силу 259-ФЗ, запустил сервис «СберКредо», с помощью которого компании МСП могут получать финансирование в том числе и от обычных граждан. И это — не единственная такая платформа в стране. По состоянию на 05.02.2021 года в единый госреестр ЦБ РФ внесены 26 операторов краудлендинговых платформ. Только 18 из них активно работают с инвесторами и заёмщиками, остальные планируют это делать. «В этом секторе сегодня присутствуют компании, созданные на базе банков или МФО, и самостоятельные игроки, — говорит “Эксперту ЮГ” Юрий Колесников, управляющий партнёр крауд-платформы Money Friends, запущенной в Ростове-на-Дону. — Самая крупная из действующих площадок — “Поток Диджитал” Альфа-банка. Её доля, по нашим оценкам, составляет порядка 40 процентов. Свою краудлендинговую платформу имеет также и Модуль-банк».

Появлению отечественного краудлендинга способствовало более раннее развитие в РФ краудфандинга (от англ. funding — «финансирование»). «Инвестор» — физлицо — вкладывается в проект, который обещает позже предоставить товар или услугу со скидкой. Таким образом часто ищут финансирование продолжительные творческие проекты. Но чтобы соответствовать запросам бизнес-аудитории, краудфандинг в России должен был эволюционировать.

«В апреле–мае 2020 года, во время первой волны коронавируса, у нас появилось довольно большое количество проектов от бизнеса, которому нужна была помощь, — рассказывает Наталья Игнатенко, PR-директор краудфандинговой платформы Planeta.ru. — Независимые театры, журналы, магазины, семейные клубы и досуговые центры оказались под угрозой закрытия: в условиях отсутствия рекламных контрактов, невозможности вести деятельность оффлайн им просто нечем было платить зарплату».

Крауд-площадки, в отличие от банков, не требуют от заёмщиков залога (достаточно поручительства третьих лиц) и зарабатывают не на процентах по кредиту, а на комиссии, которую заёмщик платит за право сбора средств на площадке. В среднем это 2–3% от суммы займа. Крупные игроки на поле краудлендинга содержат в штате экономистов и юристов, которые тщательно проверяют заёмщиков, чтобы не допускать на площадки мошенников. Решение, вкладывать или нет, инвестор принимает самостоятельно, взвесив все «за» и «против», используя предоставленный площадками «информационный профиль заёмщика».

Объём рынка краудлендинга в России в 16–18 млрд рублей в год (менее 0,2–0,5% от общего объёма кредитования МСБ). Однако новый сегмент стремительно развивается

«БКС Премьер» оценивает объём рынка краудлендинга в России в 16–18 млрд рублей в год (менее 0,2–0,5% от общего объёма кредитования МСБ). Однако новый сегмент стремительно развивается, есть и перспективы роста. Например, привлечение институциональных инвесторов, развитие краудинвестинга (название говорит само за себя). В крупных банках это понимают, потому и поспешили запустить собственные крауд-платформы.

Облигации: хорошо и сложно

В качестве ещё одного перспективного инструмента привлечения средств опрошенные эксперты называли облигационные займы. Интерес бизнеса к ним растёт. Динамика рынка это подтверждает. По данным агентства Cbonds, в 2020 году объём рынка рублёвых корпоративных облигаций в России превысил 16,2 трлн рублей. Для сравнения, в 2019 году этот показатель составлял чуть более 13,2 трлн рублей. Таким образом, рост за год — свыше 20%. Облигации размещаются на Московской бирже.

Среди эмитентов Юга, которые вышли на рынок облигационных займов и активно пользуются этим инструментом привлечения средств — ростовская компания «МСБ-Лизинг». Как рассказал «Эксперту ЮГ» гендиректор ООО «МСБ-Лизинг» Роман Трубачёв, компания разместила уже третий выпуск облигаций. Сегодня с биржи «МСБ-Лизинг» привлекает до 30% необходимых средств. «Совокупные затраты компании на обслуживание кредитных денег выше по сравнению с итоговой стоимостью денежных средств, привлекаемых через облигационные займы», — объяснил г-н Трубачёв необходимость привлечения средств с биржи. По его словам, биржевые облигации (БО) компании размещены в рамках действующей программы ООО «МСБ-Лизинг». Объём первых трех выпусков составил 450 млн рублей. Уже в феврале 2021 стартует четвертая эмиссия, объёмом 100 млн рублей, а во втором полугодии планируется ещё один выпуск на 200-300 млн рублей. Все средства направляются на финансирование субъектов малого бизнеса через лизинг техники и оборудования.

Помимо «МСБ-Лизинга» (выручка в 2019 году — почти 720 млн рублей), Юг представлен на Московской бирже ещё несколькими эмитентами сегмента «малый-средний бизнес»: «Трейдберри» (Ростовская область, производитель снеков, выручка по итогам 2019 года 107,2 млн рублей) и ООО «Каскад» (входит в ГК «Росавтопром», оптовая торговля автозапчастями, выручка — 1,3 млрд рублей).

«Чтобы выйти на долговой рынок, компании должны динамично развиваться, иметь прибыль и неплохую выручку, понятные перспективы и цели заимствования, — ранее говорил директор Южного филиала Московской биржи Михаил Тютюнник. — Для выхода на долговой рынок у эмитента должна быть простая и прозрачная структура собственности, финансовая устойчивость. Но главное — это должен быть успешный бизнес, с понятной инвесторам бизнес-моделью, с хорошими перспективами роста».

По словам г-на Тютюнника, ожидается выход на биржу ещё нескольких южных компаний. Подробности пока не раскрываются. В целом к 2024 году, согласно нацпроекту «Малое и среднее предпринимательство», объём выпуска облигаций МСП должен достигнуть 20 млрд рублей.

«Облигации — традиционно беззалоговые инструменты (в отличие от зай­мов и банковских кредитов), и в случае проблем получить с эмитента будет нечего, — рассуждает Тамара Теплова, профессор факультета экономических наук НИУ ВШЭ. — Выход — в развитии нескольких классов облигаций. Первый — субординированные облигации (менее защищённые), через которые собственники будут финансировать свой бизнес. Второй класс — обычные (БО или КО) облигации, которые будут предложены рыночным инвесторам. Третий класс — обеспеченные облигации (такие есть в зарубежной практике). Думаю, регулятору следует обратить внимание на эти механизмы».

Подпишитесь на каналы «Эксперта Юг», в которых Вам удобнее нас находить и проще общаться: наши группы в Facebook и Одноклассниках, каналы в Telegram и на YouTube, наш Instagram, наше сообщество ВКонтакте.