![Евгений Моисеев, мэр Железноводска: «Город-курорт сам по себе большой санаторий» Евгений Моисеев, мэр Железноводска: «Город-курорт сам по себе большой санаторий»](/upload/iblock/87d/87d0a4428c701a87144ac9b48de36e8d.jpg)
Железноводск в системе городов эколого-курортного региона Кавказские Минеральные Воды занимает особое место не только из-за уникальных климатических особенностей. В последнее время новости отсюда все чаще говорят о реновации городского пространства и инвестиционных проектах в контексте масштабной модернизации Кавминвод. Например, в Курортной зоне у подножия горы Железной уже в этом году будет сдан в эксплуатацию пятизвездочный отель стоимостью 2 млрд рублей, в котором одновременно смогут отдыхать 480 гостей.
К концу будущего года в городе будет построен новый санаторный комплекс на 40 номеров. Инвестиции в проект оцениваются в 200 млн рублей. Главной «фишкой» средства размещения станет открытая веранда на крыше с панорамным видом на горы Бештау и Железная, а также лесные зоны курорта.
Заброшенное здание кинотеатра «Кристалл» в Железноводске превратят в санаторий вместимостью 250 мест. Стоимость проекта составит 1 млрд рублей.
Город Железноводск лежит у подножия горы Железная//Фото: администрация Железноводска
После встречи губернатора Ставропольского края Владимира Владимирова с Президентом России Владимиром Путиным была обнародована масштабная программа развития Кавказских Минеральных Вод до 2030 года. Она включает 50 мероприятий и 26 инвестпроектов. Объем инвестиций программы достиг 48 млрд рублей, из которых 44 млрд – федеральные средства.
В этом плане Железноводску отводится большая роль. Это и создание самого большого Курортного парка в стране, и канатная дорога на горы Железная и Развалка, и создание новой инвестиционной площадки для строительства 7 тыс. мест коечного санаторно-гостиничного фонда, и благоустройство озера Каррас, и строительство Кавминводского велотерренкура.
Мэр города-курорта Железноводска Евгений Моисеев в отличие от большинства российских чиновников активно присутствует в соцсетях, напрямую общается с жителями в комментариях, рассказывает о каждом ключевом для города событии, реагируя и на доброжелателей, и на откровенно хейтерские высказывания. Недавно Моисеев инициировал в своем Instagram-аккаунте в сториз опрос по поводу предстоящего строительства велотерренкура. Большинство проголосовало «ДА», несмотря на атаки ботов.
Евгений Моисеев активно общается в соцсетях с жителями города//Фото: из личного архива
Обладает ли город соответствующими территориальными и кадровыми возможностями, чтобы реализовать заявленные планы, как выстраиваются отношения города и бизнеса, достаточно ли у местной власти рычагов, чтобы развивать вверенную территорию?
Как построить новый город в лесу
— Евгений Иванович, в чем уникальность Железноводска как курортного города?
— Несмотря на небольшую численность населения (около 25 тыс. человек), на небольшую коечную емкость, у Железноводска есть уникальная особенность. Мы единственный город, который находится в центре леса площадью 42 кв.км, почти половина территории — заказник.
Курортное озеро//Фото: администрация Железноводска
У нас никого не удивишь тем, что ночью машина может столкнуться с переходящем дорогу диким кабаном или на улицы города выйдет косуля или лиса. Город изначально развивался как место для пеших прогулок в лесу. Здесь все настроено на оздоровление и профилактику болезней. Железноводск — первый город в Российской империи, в котором в 1900 году был создан лечебный терренкур по методике немецких врачей-курортологов.
Мы говорим, что самым большим санаторием у нас является сам город, климатическая горно-лесная станция. Большой курортный парк с бюветами минеральной воды, переходящий в лес, является парком для всех санаториев, которые расположены вокруг него. Курортный парк, который ранее назывался Казенным парком, был первым объектом недвижимости, зарегистрированным в казенном реестре на территории нашего города в 1825 году.
— В рамках программы развития города, которая обсуждалась и на уровне губернатора, и на уровне федеральных министерств, предполагалось создание канатной дороги в Железноводске, а также благоустройство курортной зоны Железноводска с созданием сети пешеходных терренкуров. Остаются ли эти проекты сейчас в планах? В чем их особенности?
— Когда губернатор Ставрополья Владимир Владимиров предложил уточнить концепцию развития региона Кавминводы, мы выступили с идеей создать самую большую в России и Европе курортную лесопарковую зону на территории более 1200 га, более 70 км пеших грунтовых, плиточных и асфальтовых терренкуров для всех категорий жителей. Каждый терренкур имеет свой тематический характер, мы в каждом квадратном метре города закладываем смыслы, которые потом будут привлекать и интересовать гостей.
Следующий проект касается канатной дороги. Железноводск окружен шестью горами-лакколитами, но при этом у нас нет ни одной канатной дороги. В советский период планировалось строительство трех канатных дорог: в Кисловодске, Пятигорске и Железноводске. В двух городах-курортах канатку построили, а в Железноводске не успели. Хотим покончить с этой несправедливостью и создать канатную дорогу, которая будет проходить над курортным озером «30’Ка» вдоль Новой каскадной лестницы к бюветам минеральной воды и затем на вершину горы Железная и седловину горы Развалки. Уверен, что канатка и наши виды с вершин гор станут настоящим магнитом для гостей.
Третий проект — у нас уже более 90 лет во всех генпланах города территория 140 га отводилась для строительства новых санаторно-курортных объектов. Эта площадка до сих пор пустует, так как нам удалось сохранить ее от массовой застройки. Мы вышли с инициативой создать на этом месте инфраструктуру, которая позволит построить санатории и гостиницы, всего новых 7 тыс. койко-мест на этой инвестиционной площадке, то есть фактически еще один новый курортный Железноводск. Ведь у нас сейчас весь городской коечный фонд составляет менее 7 тыс. единиц.
Кавминводский велотерренкур как точка роста
— Недавно губернатор Владимир Владимиров проводил встречу с президентом Владимиром Путиным, на которой был поддержан проект по развитию КМВ стоимостью 48 млрд рублей, в том числе, и строительство Кавминводского велотерренкура стоимостью почти 3 млрд рублей. Какие еще проекты в рамках модернизации курортной инфраструктуры нужны Железноводску?
— Совсем недавно мы называли еще один проект, который касается заброшенных терренкуров. Часть их когда-то была асфальтирована, освещена, там были питьевые фонтанчики, кафе, места отдыха, санузлы. В 90-е годы все это было разрушено и разворовано.
Площадь Феррум//Фото: администрация Железноводска
К терренкурам с юга примыкают старые каменные дороги, которые проходят к горе Бештау, по ним грузовики перевозили добываемые в шахтах материалы, начиная с сороковых годов и до середины семидесятых прошлого века.
А с севера примыкает дорога к горе Змейка, по которой также возили инертные материалы с карьера.
Мы предложили объединить фактически несуществующую полуразрушенную инфраструктуру, чтобы благоустроить территорию и создать терренкур, объединяющий Лермонтов, Железноводск, поселок Иноземцево и Пятигорск.
По поручению губернатора края унифицировали ширину терренкура до 6 метров, чтобы можно было проводить спортивные соревнования по велоспорту. Получился терренкур длиной 75 километров, и мы назвали его Кавминводский велотерренкур, который только в трех местах пересекает дороги общего пользования. Важно то, что разрушенную и забытую инфраструктуру все равно нужно ремонтировать и восстанавливать, но у нас появилась возможность добавить к курортной составляющей уникальную велосипедную трассу, аналогов которой нет в мире. И самое главное, что этот объект даст городу финансово развиваться и повышать экономическую мощь за счет новых видов туризма, в первую очередь, спортивного туризма.
Судите сами, Железноводск — небольшой по численности город с небольшим бюджетом, который наполняется в основном за счет платежей за землю и НДФЛ.
Чтобы город мог развиваться, нам нужно было найти правильный драйвер, которым и выступили наши огромные неиспользуемые территории в лесу. Ни один гость не приедет в город, где люди гуляют под палящим солнцем без соответствующей инфраструктуры. А если прогулочные дорожки будут находиться в лесу с благоприятным климатом, то мы сможем привлечь туристов всех категорий.
Озеро "Тридцатка"//Фото: администрация Железноводска
В 2020 году премьер-министр Михаил Мишустин уже подписал документ о выделении краю почти 3 млрд рублей на строительство Кавминводского велотерренкура. Но сейчас мы столкнулись с тем, что действующее законодательство ограничивает возможности строить такой большой единый объект в особо охраняемых природных территориях. Надеемся на внесение поправок в законодательство, которые инициировала наша краевая Дума. Ведь если поправки в действующее законодательство не будут внесены, то мы не сможем не только построить велотерренкур, но и даже ремонтировать наши терренкуры, которые были построены еще в советскую эпоху и привлекали огромное число туристов в Железноводск.
Если вы сейчас увидите эти полуразрушенные терренкуры, то может возникнуть ощущение, что их уничтожили в результате военных действий. А ведь это не так! После перестройки, в 90-х годах, здесь все было разграблено: скульптуры из дюралюминия сдали на вторчермет, провода — на цветной металл, скамейки, освещение разворовали, кафе закрылись и разрушились со временем.
О том периоде говорит статистика: только за 2019 год к нам приехали 150 тыс. гостей, в расцвет советских времен — 80 тыс. человек, а в 1995 году здесь побывало 5 тыс. человек, в те времена это был, по сути, город-призрак.
Случаи воровства продолжались буквально до недавнего времени, например, еще в начале 2016-го года видели следы ночного воровства подземных кабелей освещения на заброшенных терренкурах.
— В городском музее мы нашли генплан развития города 1936 года, в котором, цитирую, было написано следующее: «В Железноводске незначительное число отдыхающих при огромных запасах минеральной воды».
У Железноводска есть уникальный ресурс, минеральная вода, которая, в отличие от нефтяного и газового ресурса, может возобновляться. В поздние годы советской эпохи здесь добывали 2/3 от максимально возможного годового уровня потребления воды. Сейчас добывается 18 % от этого уровня. Это означает, что при правильном использовании у нас есть резерв почти в пять раз. Но если этот уровень будет превышен, то мы подойдем к тому, что вода может иссякнуть.
Бизнес и власть: связи и противоречия
— Как вы выстраиваете диалог с бизнесом? Инвестиции в какие сферы необходимы городу-курорту сейчас в первую очередь?
— Я считаю, что субсидии, льготы, финансовые вливания бизнесу от властей порою расслабляют предпринимателей и настраивают их не на поиски возможностей заработать, а на пассивную позицию. Поэтому считаю главной своей задачей привести в город как можно больше туристов, покупателей товаров и услуг нашего малого и среднего бизнеса, которые дадут предпринимателям возможность зарабатывать, а бюджетам получать дополнительные налоговые отчисления.
Показательный пример. Когда мы благоустраивали озеро «Тридцатка», мы предложили полулегально работающим там бизнесменам узаконить свой бизнес. Сегодня я общался с одним из предпринимателей, который владеет кафе и работает «по-белому» на обновленном озере. За две недели к нему теперь приходят столько посетителей, которые приходили раньше за весь год. Предприниматель говорит прямо: дайте нам людей, клиентов, посетителей, а не субсидии или финансовую помощь.
Железноводск называют моногородом//Фото: администрация Железноводска
Железноводск, фактически, это моногород — здесь нет ни промышленности, ни заводов, только санатории, минеральная вода, лес и малый бизнес, который обслуживает санатории. При правильном обращении с водными источниками, воды хватит на многие многие годы. 6 тыс. рабочих мест даст строительство новых 7 тыс. койко-мест на инвестиционной площадке в городе. Железноводск уникален, прежде всего тем, что наш ресурс — санаторно-курортная услуга — неисчерпаем.
Если говорить о зарплатах, которые предлагаются на этих новых рабочих местах, то приведу несколько цифр: электрик будет получать 35. тыс. на руки, горничная — 22 тыс. рублей соответственно. Таких достаточно достойных «белых» зарплат железноводчанам в санаториях, наверное, не предлагалось никогда. Крупный бизнес сюда приходит для того, чтобы легально и «по-белому» получать прибыль, ведь санаторно-курортный бизнес стал в последние годы выгодным делом.
Создание новых санаториев повлечет за собой спрос на рабочую силу, что приведет к борьбе работодателя за квалифицированных сотрудников. Это значит, что будут повышаться зарплаты.
При правильном расходовании минеральной воды мы сможем постоянно продавать одну и ту же услугу — лечебный туризм. А если мы прибавим к этому спортивный, досуговый туризм, туризм выходного дня, то мы сможем кратно увеличить число туристов, что неминуемо приведет к росту зарплат и повышению благосостояние жителей региона.
Городское управление общественным резонансом
— Как вы работаете с возражениями городской общественности по поводу происходящих в городе перемен?
— Есть категория людей, которым не нравится все, они готовы найти возражения абсолютно на любой проект. Например, мы сделали «Тридцатку», но выясняется, что ее делать якобы не надо было. Мы говорим о восстановлении и благоустройстве терренкуров, о велодорожках, — все это тоже, по мнению некоторых граждан, не нужно. Как правило, у таких людей только один единственный аргумент: это разрушает экологию, или: «Железноводск должен быть только для железноводчан». Приходится методично и настойчиво объяснять, что наше экономическое благосостояние может расти только за счет развития туризма и роста числа гостей. Не будет туризма, не будет чистого города, новых парков, дорог, обновленных городских пространств.
— Какие главные задачи сейчас стоят перед руководством города?
— Наша основная задача — госинвестиции в коммунальную и курортную инфраструктуру, повышение транспортной доступности. Если будет построена дорога Кавминводы-Сочи, что интерес к Кавминводам и Железноводску, конечно же, резко пойдет вверх. Наша стратегия — это симбиоз интересов бизнеса и властей, и как мы видим, эта стратегия уже приносит положительные результаты.