ГЧП под честное слово

101
8 минут
ГЧП под честное слово

Автор: Николай Проценко


У бизнеса юга России сформирован запрос на участие в проектах государственно-частного партнёрства (ГЧП), и примеры таких проектов уже есть. Но без детально разработанного законодательства деятельность в этой области будет постоянно сталкиваться с политическими и институциональными рисками



Активизация инфраструктурного строительства в России уже породила определённые ожидания бизнеса, связанные с возможностями партнёрства с государством. Согласно данным недавнего исследования инфраструктурных проектов в странах Центральной и Восточной Европы и СНГ, проведённого «ПрайсвотерхаусКуперс Аудит», 65% респондентов рассчитывают на увеличение капитальных затрат в этой сфере, а 72% полагают, что частное финансирование здесь играет важнейшую роль или приобретает всё большее значение. Но как именно воплощать такие проекты в жизнь, пока мало кто знает.


Партнёрство с ручным приводом—
На юге России тема ГЧП была анонсирована ещё в начале этого десятилетия в связи с такими крупными инициативами государства, как Олимпиада в Сочи, строительство туристического кластера Северного Кавказа и подготовка к Чемпионату мира по футболу 2018 года. «Пилотные» проекты уже реализованы. Например, при строительстве открывшегося в конце прошлого года нового горнолыжного курорта в Архызе инженерная и транспортная инфраструктура создавалась за бюджетные средства, а подъёмники и гостиницы строили частные инвесторы. В Ростовской области в 2010 году стартовали два проекта с использованием механизмов ГЧП общей стоимостью свыше 41 млрд рублей — Комплексная программа строительства и реконструкции объектов водоснабжения и водоотведения Ростова-на-Дону и юго-запада Ростовской области и программа «Чистый Дон».
Однако пока такие проекты единичны и существуют в режиме «ручного управления». «Чтобы проект ГЧП состоялся, он должен быть достаточно масштабным, за него должен отвечать крупный чиновник, чтобы его никто не мог затормозить. Государство должно говорить: это проект мне нужен, и я за ним слежу», — характеризует специфику реализации инициатив в сфере ГЧП директор ростовской строительной компании «СКБ Центр» Андрей Кияшко .
В значительной мере крен в сторону «ручного управления» объясняется отсутствием детально проработанной законодательной базы, в первую очередь федерального закона о ГЧП (хотя на уровне регионов, в том числе в Ростовской области, такие документы принимаются уже давно). «Вопрос о ГЧП сегодня балансирует на грани законности, так как определить, какой проект более или менее выгоден для государства, практически невозможно при отсутствии грамотного законодательства. Закон о ГЧП Ростовской области не содержит чётких регламентов предоставления средств на инфраструктурные проекты. А предприниматель или инвестор не может придумать за государство правила игры», — заметил, открывая недавно организованный «Экспертом ЮГ» и строительной компанией «СКБ Центр» круглый стол «ГЧП на практике», директор Октябрьского индустриального парка руководитель экспертной группы Агентства стратегических инициатив в Ростовской области Павел Крючков . По его мнению, ГЧП заработает при наличии трёх условий: качественной законодательной базы, инициативы регионов и мотивации инвесторов.
Эта точка зрения в той или иной форме прозвучала практически во всех последующих выступлениях. В частности, вице-президент Торгово-промышленной палаты Ростовской области Светлана Абдулазизова , отмечая как положительный фактор наличие у региональных властей собственного видения развития ГЧП, говорит, что работающей схемы в этой области ещё не сложилось: «Бизнес хочет понимать условия, при которых он сможет входить в такие проекты, но в законодательство о концессиях постоянно вносятся изменения, а федеральный закон о ГЧП прошёл в Госдуме первое чтение и дальше не движется. Работать в таких условиях сложно». Начальник управления по сопровождению инвестпроектов ростовского ОАО ПО «Водоканал» Артур Казарьянц также отметил, что законодательство о ГЧП в Ростовской области носит рамочный характер: «Это общие правила игры – не более того. Для сравнения, федеральное законодательство содержит не менее тысячи листов».


Бег с политическими барьерами
Особенно остро нехватка правовых инструментов ощущается в «долгоиграющих» проектах, связанных с долгосрочным территориальным планированием, например, в сфере управления развитием агломераций, которое требует согласования интересов массы субъектов (администрации, инвесторов, собственников, населения и т.д.). Хотя слово «агломерация» прочно вошло в лексикон чиновников и девелоперов, на законодательном уровне оно пока так и не закреплено, и в результате получается, что управление агломерационными процессами оказывается делом, зависящим исключительно от доброй воли его участников. А это, в свою очередь, означает, что бизнесу предлагается подписываться под проектами ГЧП фактически под честное слово – чётких правил игры здесь как не было, так и нет. Между тем без внятных принципов территориального развития, определённых на несколько десятилетий вперёд и гарантированных законодательством всех уровней, крупнейшие южные города будут стремительно утрачивать свою конкурентоспособность.
«Во всём мире существует тенденция перехода от автономного развития поселений к взаимосвязанному, что связано с ростом мобильности населения, и Россия только подошла к этой стадии. Агломерация – это стадия развития города после миллионника, это естественный рост города», — говорит директор Академии архитектурыиискусствЮФУ Александр Бояринов . По его оценке, Ростовская агломерация начала складываться с 1970-х годов, и де-факто она существует, хотя де-юре её нет: ядро агломерации сейчас разорвано на ряд муниципальных образований.
Как внести агломерацию в управление территорией? Делать ли для этого надстройку или новую структуру? Будет ли агломерация развиваться стихийно или рационально? На эти вопросы уже давно требуется получить ответ, закреплённый в долгосрочных стратегических документах развития территории, на чём настаивают и эксперты в области градостроительства, и девелоперы. «Для выработки правильной модели ГЧП нужно заглянуть в будущее – смоделировать то, как Ростовская агломерация будет выглядеть в 2050 году, — считает Андрей Кияшко. — Для этого нужно разработать стратегический мастер-план, создать по определённым территориям и проектам рабочие группы, привлечь к ним специалистов по транспорту, финансам, градостроительству, представителей силовых структур и выработать “дорожную карту” по законодательным вопросам».
Однако пока нет нормативно-правовой базы по управлению агломерациями, эти инициативы не смогут преодолеть уровень дискуссий, как и несколько лет назад, когда тема Ростовской агломерации стала активно обсуждаться в экспертном сообществе. Тем не менее, сам факт, что вокруг Большого Ростова уже несколько лет не перестаёт поддерживаться «напряжение в сети», весьма примечателен, поскольку попытки создания управляемых агломераций предпринимались и в других южных регионах, но нередко терпели фиаско. Например, на Кавминводах этот процесс зашёл в тупик два года назад после очередной несостоявшейся инициативы объединения нескольких муниципальных образований. Одновременно была фактически ликвидирована администрация Кавказских Минеральных Вод – орган, с которым ассоциировались интеграционные процессы в этом курортном регионе.
Однако прежнего энтузиазма властей по поводу Большого Ростова уже не наблюдается. «На уровне глав муниципальных образований понимание есть, но выше активного движения не видно. Нужна политическая воля: решения по агломерациям принимаются только на уровне федерации или субъектов – ни один глава муниципального образования не обладает нужным объёмом полномочий», — констатирует Александр Бояринов. По его словам, Большой Ростов давно мог стать пилотным проектом по развитию агломераций, но, к сожалению, это никак не поддержано властями. Как результат – юг России в проекте Минрегиона по апробации и совершенствованию механизмов управления развитием городских агломераций в РФ представляют Краснодарский и Ставропольский края, а также Дагестан – Махачкалинско-каспийская агломерация. Это «детище» ныне находящегося под арестом мэра дагестанской столицы Саида Амирова , по счастью, не было отложено в долгий ящик новым руководством Дагестана. Ростовская область же на участие в этом проекте даже не заявлялась.
Политические аспекты развития агломераций и в целом ГЧП акцентируют не только теоретики градостроительства, но и практики девелопмента. Николай Бритвин , генеральный директор ОАО «Ростовское», реализующего в Ростове-на-Дону крупнейший проект ЖК «Суворовский», говорит об очень мощном субъективном факторе отношений с главамимуниципальных образований. Для обеспечения своих строек в городе компания запланировала создание газобетонного завода в близлежащем Октябрьском районе области, и быстрыми темпами этот проект начал реализовываться лишь после того, как в него поверил районный глава.
Таким образом, принципиальным для проектов ГЧП является вопрос о политическом субъекте, и на региональном уровне, как полагают эксперты, им могут выступать специализированные корпорации развития, которые будут получать бюджетные средства на строительство инфраструктуры и затем передавать её заказчику. В Ростовской области такая структура – ОАО «Региональная корпорация развития» (РКК) – была создана в начале этого года, и, судя по высказываниям её руководства, она располагает достаточными политическими рычагами для ускоренной реализации проектов ГЧП. «Совет директоров Корпорации развития – это малое правительство области, — говорит заместитель генерального директора РКК Константин Кушнарёв . — Наша задача – создавать точки роста и заниматься развитием в этих точках инфраструктуры. Сейчас мы работаем с муниципалитетами, которые заявили, что у них существуют индустриальные парки, и пытаемся понять, у кого есть проблемы и во сколько обойдётся их решение».
  • Комментарии
Загрузка комментариев...