71 82
«ЭКСПЕРТ ЮГ» в соцсетях:

Как и зачем выявлять «живые» НКО

2244
12 минут

В декабре 2020 года АНО «Атлас НКО» запустило первую открытую базу данных об НКО юга России. По словам директора организации Анны Белан, это первый шаг в создании инструмента поиска «живых» эффективных НКО

Как и зачем выявлять «живые» НКО

–Вы создали карту «живых НКО» на юге России? Что значит «живых»?

— Карта «живых НКО» — это часть нашей цифровой платформы, которая будет способствовать развитию социально ориентированных некоммерческих организаций. Идея создания такой платформы возникла ещё в 2018 году в ходе работы Общественной палаты Ростовской области. Была выявлена необходимость сбора больших данных об НКО с целью оценки эффективности их деятельности. Проект был поддержан полпредом президента в ЮФО. И эти два года мы этот проект реализовывали, а в декабре показали результат этого труда. Платформа сейчас работает в пилотном режиме, включает в себя все данные о зарегистрированных НКО ЮФО и СКФО, «живых» и «неживых», действующих и ликвидированных, находящихся в стадии реорганизации и т.д. Проект «Живые НКО» был разработан нашими волонтёрами — это команда разработчиков CyberFarsh — они дважды одержали победу с этим проектом в конкурсе World AI&Data Challenge Агентства стратегических инициатив. После победы решение было доработано, усовершенствовано и стало частью цифровой платформы «Атлас НКО».

Интерактивная карта помогает визуализировать количество социально ориентированных НКО на определённой территории. Источниками данных для карты являются сайт Минюста РФ, сайт Минэка, Фонда президентских грантов и другие открытые источники. «Живая» организация — это та организация, которая, во-первых, находится в статусе действующей, во-вторых, сдаёт отчёты в Минюст, соответственно, ведёт какую-то деятельность. Она может быть и нулевой, но если они сдают отчёты в Минюст, условно мы их относим к статусу «живых».

Кто предъявляет спрос на оценку эффективности НКО

— Вы сказали, что был предъявлен спрос на оценку эффективности всей сферы. На что именно этот спрос?

— Изначально цель СО НКО — это социальные преобразования. Это часть функций, которые легли бы на органы госвласти в конкретном регионе. Поскольку СО НКО в своей деятельности претендуют на грантовое финансирование, на бюджетные деньги, то, конечно, возникает вопрос, насколько эффективно они работают. Наверное, с этим, в первую очередь, связан спрос.

— Давайте напомним: социально ориентированные организации — это какие?

— СО НКО — это организации, осуществляющие деятельность, направленную на решение социальных проблем, развитие гражданского общества, у которых виды деятельности, прописанные в уставе, соответствуют перечню видов деятельности, отнесённых к социальным согласно ФЗ об НКО.

— Знаете, я узнал, что моя НКО социально ориентированная, когда получил административный штраф за то, что не сдал специальный отчёт, который должны сдавать СО НКО. Оказалось, что этот статус получают организации, которые выиграли президентский грант.

— Я как раз хотела сказать, что в конкурсах на предоставление региональных субсидий и фонда президентских грантов могут принимать участие только СО НКО и, соответственно, если НКО получает грант, то можно уже не проверять её статус.

— А СО НКО — это какая часть от существующих НКО?

— Конкретных цифр не назову, но это большая часть. Сейчас это тенденция. Организации, которые создаются, уже создаются с прицелом на то, что они будут участвовать в грантовых конкурсах, и они уже себе закладывают виды деятельности, которые относятся к СО. И, конечно, сюда не попадут адвокатские палаты, нотариальные конторы, политические партии и т.д.

— У вас карта «живых НКО» имеет цветовую градацию по обеспеченности населённых пунктов самими НКО. Что главное на этой карте? Для кого она должна быть ориентиром?

— Например, это градация для органов власти, которые могут увидеть ситуацию с некоммерческим сектором в своём муниципальном образовании и, допустим, направить усилия на создание ресурсных центров, которые могли бы эту ситуацию улучшить. Согласно данным нашей карты, в Ростове 793 живых СО НКО — это порядка 72 организаций на 100 тысяч населения. Недавно «Атлас НКО» организовывал круглый стол на тему «Токсичная благотворительность», на котором мы провели опрос среди наших партнёров, сколько примерно благополучателей у каждой НКО, и пришли к выводу, что это порядка 150–250 благополучателей в год. Легко посчитать, что в таком случае 100 организаций могут за год оказать услуги для 15–25 тысяч благополучателей. А в Ростове 72 организации на 100 тысяч — кажется, очевидна нехватка СО НКО на душу населения. Немного лучше ситуация обстоит в Краснодаре — 891 на 100 тысяч. Волгоград — это лидер — 994. Но всё равно этого недостаточно. И если провести аналогию с конкурсами Фонда президентских грантов, то как раз Волгоград является лидером по количеству заявок. За весь период с 2017 по 2020 годы от Волгоградской области было направлено 2723 заявки, победителями признаны 514 НКО. Ростовская область на втором месте — 1207 заявок, победу одержали 280 организаций. Краснодарский край — направили 1106 заявок, победили 266. Примерно эту ситуацию отражает и карта.

Почему НКО склонны «превращаться в зомби»

— А как много в сфере НКО «неживых» организаций?

— По данным нашей платформы, всего в ЮФО и СКФО зарегистрировано порядка 58 тысяч НКО. Из них действующих около 29 тысяч. Это практически 50 процентов от общего числа. Получается, что половина НКО у нас «зомби».

— А почему так много? Почему НКО склонны «превращаться в зомби»?

— Я думаю, тут несколько причин. Но основная — нехватка финансирования. Чтобы НКО стабильно существовала, ей нужен стабильный источник дохода. НКО вынуждена этот источник постоянно искать, и у НКО возможности значительно уже, чем у коммерческой организации, которая может переориентироваться практически в любой момент, заняться каким-то другим направлением. У НКО всё более сложно, потому что даже её название должно включать информацию о направлении её деятельности. То есть если, например, организация занимается помощью детям с ОВЗ, она не может преобразиться в какой-нибудь творческий театр и зарабатывать деньги на билетах. Для этого ей нужно будет провести масштабную работу: поменять название, изменить устав, добавить новые цели и виды деятельности. Поэтому, если выбранное направление не срабатывает, она просто «превращается в зомби». При этом НКО проще бросить, чем ликвидировать так, как это предусмотрено законом. На ликвидацию нужны деньги, юрист, необходимо размещать публикации о ликвидации организации, а это дополнительные профессиональные знания, которыми, как правило, руководители НКО не обладают. И им проще организацию бросить, чтобы её ликвидировали по инициативе Минюста, потому что она не сдаёт отчёты. Где-то в течение трёх лет такие «НКО-зомби» ликвидируются по инициативе Минюста.

Вторая причина связана с первой — это нехватка квалифицированных кадров. Если нет финансирования, нет возможности привлечь квалифицированные кадры. Как правило, деятельность НКО держится на руководителе, на его запале и энтузиазме. И отсюда третья причина, которую я бы выделила, — эмоциональное выгорание руководителя. Он работал-работал, перегорел, и больше некому тянуть организацию. Есть исследования, которые показывают, что эмоциональное выгорание особенно присуще руководителям и сотрудникам НКО, потому что они каждый день сталкиваются с чужой бедой, болезнями, неприятными историями, вынуждены всё это пропускать через себя.

— По каким критериям нужно сегодня оценивать эффективность НКО? Что нужно добавить к показателю объёма привлечённых средств?

— Я бы не учитывала критерий по объёму привлечённых денежных средств в качестве основного в оценке деятельности НКО. Я полагаю, что для НКО, в первую очередь, важен не объём привлечённых средств, а благополучатели, для которых работает НКО, их количество.

Мы для себя разработали критерии оценки эффективности деятельности, которые условно можно разделить на шесть блоков. Первый — это миссия организации, её цели. Насколько организация понимает, для чего она была создана, насколько сотрудники это понимают. Общее понимание способствует эффективной деятельности организации. Второй блок — это управление НКО: насколько НКО выполняет все свои уставные и протокольные требования, насколько правильно ведётся документация, насколько правильно и часто проводятся общие собрания, организуется сбор вступительных или членских взносов и т.п. Третий — человеческий капитал: насколько организация обладает ресурсами для реализации своих задач. Когда у организации есть возможность привлечь квалифицированные кадры, её деятельность становится более эффективной. Здесь же учитывается количество волонтёров. Далее — финансовая устойчивость. Она не является конечной целью для НКО, финансовая устойчивость важна не сама по себе, а только для того, чтобы давать возможность организации реализовывать свои задачи.

Также критерием оценки эффективности деятельности является информационная открытость организации. Особенно в современных условиях этот критерий обязательно должен присутствовать в деятельности организации, чтобы повышать её прозрачность. Отсутствие прозрачности — основа для подозрительности и недоверия к НКО и сектору в целом со стороны общества. В то же время прозрачность НКО демонстрирует силу организации, помогает решать ее проблемы, привлекать ресурсы. У организации должен быть сайт, соцсети, где необходимо выкладывать публичный годовой отчёт, который раскрывает смысл, цели и задачи НКО, а также показывает, каких результатов удалось достичь и какими способами.

Ещё один критерий — это наличие партнёров. Если организация эффективно взаимодействует с партнёрами — с другими НКО, с бизнесом, с органами власти, — то это тоже некий инструмент оценки её эффективности.

— Разве что-то из этого можно увидеть по отчётности?

— Наша цель на этот год — расширение функционала и карты, и цифровой платформы. В будущем мы хотим, чтобы НКО сами могли размещать информацию о своей деятельности на платформе. Чтобы пользователи с помощью платформы могли взаимодействовать с НКО, узнавать о проводимых мероприятиях и проектах.

Как использовать независимый инструмент оценки НКО

— А кого вы видите главным пользователем платформы?

— Платформа охватывает многие аудитории. Это и сами НКО, которые могут, например, найти себе партнёров. Сейчас мы это делаем через нашу группу в вотсап, включающую руководителей и сотрудников НКО, с которыми мы взаимодействуем. Кто-то выставил щенков с вопросом, есть ли у нас приюты, — приюты отзываются. А посредством платформы люди могут искать партнёров по ключевым словам — например, могут ввести ключевое слово «приют» или «животные» и. соответственно, увидеть, какие приюты есть в Ростове-на-Дону. Вдобавок можно посмотреть, какие проекты реализуют НКО у вас в регионе, прежде чем подавать заявку на грант — платформа содержит информацию об участии организаций в грантовых конкурсах и поддержанных проектах. Полезна платформа и для социально активных граждан. Например, волонтёр хочет присоединиться к какой-либо НКО, выбирает направление, которое ему интересно, и может подобрать подходящую НКО в своём регионе.

Сервис интересен для благополучателей. Например, мама ребёнка с аутизмом заинтересована в его реабилитации. Платно это очень дорого, но мама может и не знать, что у нас есть НКО, работающие непосредственно с детьми-аутистами, и у них реабилитация такого ребёнка бесплатна.

Платформа полезна для граждан, которые только собираются зарегистрировать НКО, потому что они могут увидеть, сколько организаций по их тематике в регионе и оценить уровень своей конкурентоспособности. Эта платформа полезна для бизнеса, который может подобрать себе НКО, с которой хочет реализовать какой-то благотворительный проект. С помощью сервиса можно понять степень благонадёжности организации, увидеть, как она сдаёт отчёты, участвует в грантовых конкурсах, есть ли у неё опыт привлечения бюджетных средств.

Наконец, у каждого муниципалитета есть своя программа, для реализации которой они привлекают НКО, и органы власти также могут подобрать партнёров по своему запросу. Например, найти организацию, которая занимается охраной окружающей среды, для проведения форума по экологической безопасности.

Мы надеемся, что наша цифровая платформа станет независимым инструментом оценки деятельности НКО и будет помогать принимать рациональные решения как жертвователям и благополучателям, так и потенциальным партнёрам благотворительных и иных некоммерческих организаций.

— А сам ресурсный центр «Атлас НКО» — как выглядит модель деятельности, к которой вы стремитесь?

— Мы хотим, во-первых, распространить эту платформу на другие регионы. У нас уже есть запросы от нескольких регионов — Новосибирской, Белгородской областей, — которые хотели бы внедрить эту платформу у себя. Цель — стать единым брокером доверия для проверки благонадёжности НКО, объединить данные об НКО всей России. Цели коммерциализировать проект не стоит. Цифровая платформа доступна для всех пользователей совершенно бесплатно.

Как ресурсный центр мы оказываем все виды услуг, необходимых для работы НКО, начиная с её регистрации до сопровождения текущей деятельности.

Отдельным направлением нашей деятельности является помощь в привлечении финансирования, участии в грантовых конкурсах. Мы хотим увеличить количество бюджетных средств, которые наши НКО будут привлекать в регион. Согласно нашей внутренней статистике, более половины заявок, прошедших нашу экспертизу, побеждают в конкурсах и выигрывают гранты.

— Какие точки роста вы видите в сфере НКО? Есть ли какие-то растущие сегменты?

— Анализируя результаты конкурсов Фонда президентских грантов, мы видим, какие направления более активно поддерживаются, а какие — нет. В Ростовской области направление, по которому лучше всего получается привлечь финансирование, — это охрана здоровья. По этому направлению в 2020 году привлечено порядка 37 миллионов рублей. На втором месте социальная поддержка, обслуживание и защита граждан — в районе 28,7 миллиона. На третьем — мероприятия по поддержке семьи, материнства, отцовства и детства — порядка 20 миллионов. Если рассматривать всю Россию, то направление «Соцобслуживание, поддержка и защита граждан» находится на первом месте. И если оценивать 2020 год, то конверсия заявок по направлениям поддержки молодёжных проектов значительно выросла.

— Кажется, что НКО и бизнес сегодня работают в социальной сфере довольно независимо друг от друга. Какие проблемы в коммуникациях здесь вы видите? Как можно было бы стимулировать их диалог?

— Зачастую проблема непривлечения бизнесом НКО заключается в том, что бизнесу неинтересны
предложения НКО. То, что бизнес реализует проекты без НКО, не очень хорошо влияет на сами проекты. Здесь, наверное, очень важно совпадение целей и задач между организациями. Мне кажется, надо искать точки соприкосновения, организовывать для них совместные мероприятия. НКО нужно предлагать интересные проекты и помощь в их реализации, а бизнесу — привлекать НКО, показывать, что компании небезразлично то, что происходит вокруг, что она готова вкладываться в решение актуальных социальных проблем. Участие в социальных проектах оказывает влияние и на бизнес-метрики компании — выручку, лояльность потребителей и сотрудников, её узнаваемость.
Подпишитесь на каналы «Эксперта Юг», в которых Вам удобнее нас находить и проще общаться: наши группы в Facebook и Одноклассниках, каналы в Telegram и на YouTube, наш Instagram, наше сообщество ВКонтакте.