Юбилейный конвой с букварями

560
9 минут
Юбилейный конвой с букварями

Поделиться

Сергей Кисин

Из Ростовской области в Донбасс отправлен 37-й гуманитарный конвой для воюющих непризнанных республик. Он завершил собой первую годовщину миссии МЧС России на Восточной Украине, фактически разорванной гражданской войной. Кроме прочего, спасатели доставили донбасским школьникам новые учебники к 1 сентября — 223 тысячи букварей.


«Белая орда»

Гуманитарная миссия в Донбассе — штука по западным меркам неблагодарная. Там её оценка дана давно и необратимо. Официальный представитель США в Совете Безопасности ООН Саманта Пауэр приклеила к ней ярлык: «Односторонняя интервенция России на украинскую территорию, даже под предлогом оказания гуманитарной помощи, абсолютно недопустима и вызывает тревогу. И это будет расценено как вторжение на Украину».


— Тогда монголо-татары заскакивали в Украину на лошадях, а сейчас Россия заезжает на белых КамАЗах, — сообщил громадянам Арсений Яценюк.


Эти «татаро-монголы» за год привезли в Донбасс 44 тысячи тонн продовольствия, детского питания, стройматериалов, дизель-электростанций и пр. За то же время «з Майдану» в Донбасс прилетело приблизительно такое же количество тонн металла в виде баллистических ракет «Точка-У», «Градов», мин, тяжёлых снарядов и т.п. По данным немецкой разведки на февраль 2015 года, общее число жертв конфликта в Донбассе оценивалось в 50 тысяч погибших и свыше 1 млн беженцев (злополучный малазийский «Боинг» не в счёт). Что для жителей востока Украины как бы символизирует апофеоз «евроориентации».


«Интервенты» с учебниками

Очередной, 37-й по счёту гуманитарный конвой в Донбасс уходил из Южного регионального центра МЧС в конце августа. Ранним утром, чтобы рассвет встретить уже недоброй памяти пункте пропуска МАПП «Матвеев Курган» — «Успенская», пострадавшем от «освободительного огня» ВСУ летом прошлого года, когда были ранены российские сотрудники таможни.


МАПП находится в живописнейшем месте — как раз по маршруту рокадной дороги вдоль Донецкого кряжа, которые проложили гитлеровцы, обороняющие Миус-фронт.


— Мы везём около 700 тонн учебной литературы для студентов и школьников Донбасса к 1 сентября, а также более 500 тонн продуктов питания — крупы, мука, чай, консервы, — рассказал «Эксперту ЮГ» старший конвоя полковник МЧС Юрий Шмырёв. — Из 108 машин более 70 идут на Донецк, около 30 — на Луганск.


Длинная белая змейка грузовиков с надписями на бортах «Гуманитарная помощь от Российской Федерации» выстроилась перед МАПП. Те самые «монголо-татары». По радио пошла команда: «Вход должен быть красивым».


Из охраняемого ополченцами здания украинской таможни в Успенке опасливо затрусила на пост стайка жовто-блакытных пограничников в лихо заломленных зелёных беретах и таможенников с автоматами без магазинов. Конвой начал въезжать на пограничные перроны. Красиво.


На вопрос, все ли грузовики они собираются тщательно досматривать, скучающий пограничник махнул рукой. «Ну, как сказать, конечно, должны все. В зависимости от груза. Тут есть нюансы…». Нюансы в среднем заняли по 5-7 минут на «ордынскую» машину. Сами водители конвоя не скрывают, что процедура во многом формальная: «Хотя в зависимости от политической конъюнктуры бывают и откровенные подлянки. То украинские пограничники жалуются на то, что у них якобы “мало времени на досмотр”, хотя по времени никто не ограничивает. То вроде как “флаг Новороссии” найдут в колонне. То поступит “сигнал”, что вроде как из ДНР конвой “вывозит оружие” — по нескольку часов трясут грузовики на таможне…».


На той стороне досмотренная колонна выстраивается вдоль дороги. Рекомендуют никому «по нужде» не ходить в рощицу. «Здесь до сих пор растяжки понатыканы. На прошлой неделе семья из четырёх человек пошла до ветру — вернулись двое».


До Донецка конвой идёт как раз по линии прошлогодних боёв — Успенка—Амвросиевка—Харцызск—Иловайск—Макеевка…Мимо кровавого кургана Саур-могила. Следы «демократизации» отмечены по всему маршруту. Разбитую боевую технику уже убрали и порезали на металлолом, но пострадавшие дома убирать попросту некому. Первое, что бросается в глаза — крайне мало людей на улицах. Некогда вторая по численности населения агломерация в СССР (после Подмосковья) попросту обезлюдела. На автопогрузчиках, дорожной технике, асфальтовых работах трудятся женщины. Как и 70 лет назад, в прошлую мировую войну.


В Иловайске, в «котле» которого в августе-сентябре 2014 года сварились добровольческие батальоны имени Джохара Дудаева, «Свитязь», «Днепр», «Херсон» и «Донбасс», следы разрушений особенно наглядны. С мирным населением здесь вообще не церемонились.


— Спасибо, сынки, что вы пришли, видели бы, что тут творилось год назад, — рассказывает подошедший к ребятам из МЧС дедушка-ветеран. — На нашей улице осталось всего три семьи. И то, нам-то повезло, по нашей стороне «зачистку» проводили украинские военные. А по противоположной — из «Правого сектора». Те просто бросали гранаты в окна, а потом спрашивали, «кто дома?». Выжили только я, бабуля-соседка и женщина с ребёнком через три дома.


В Иловайске колонну уже давно ждут. Вдоль дороги стоят самые пострадавшие на войне — старики, женщины и дети. Машут конвою, держат российские флаги. Бабули крестят машины.


«Монголы» ждут Иловайск, тоже знают, что их будут встречать. Большегрузы приветственно гудят, как свадебный кортеж. Буквально из каждой машины протягивается рука спасателя и отдаёт детям свой суточный блок «сухого пайка». «Ну, как же, это же наши, — говорит водитель-эмчеэсник. — Они нас ждут каждый раз. Им есть нечего, пенсий Киев не перечисляет. Питаются тем, что на огороде вырастят, да что бог пошлёт…Держи, девочка». Рука из кабины отдаёт белокурой девочке пакет с конфетами. «Дяденька, подождите». Девонька пулей метнулась во двор, притащила оттуда арбуз с неё же размером: «Возьмите, дяденька…Спасибо вам».


Давно не видел, чтобы здоровенные, взрослые мужики-спасатели, которые живут и работают сплошь в чрезвычайных ситуациях, в крови, боли, трагедиях приняли «гарбуза» и как по команде отвернулись, скрывая слёзы. Водила колотит кулачищей по передней панели, грозя кому-то: «Хрен вам. Мы их не бросим…». Ну и добавляет пару-тройку радующих славянские уши прекрасных, сочных, витиеватых фраз на великом и могучем в адрес евроинтеграции.


Идеологический вопрос

Конвой красиво прибывает в конечный пункт. В Макеевке на складах его ожидают более 250 волонтёров. Тут же бросаются побригадно к машинам, начинают разгружать. Заметно, что непрофессионалы, больше суеты в действиях. «Они не получают денег за работу, — рассказал начальник склада. — Только паёк из тех же продуктов, чтобы кормить семьи». Что входит в этот паёк, не всегда понятно. Есть такая формулировка: ИРП — «индивидуальный рацион питания», состоящий из мясных, рыбных, молочных консервов, круп. Но всё это зависит только от поставок извне, внутри республики произвести составляющие ИРП почти невозможно. Товарные связи с украинскими поставщиками по большей части разорваны, с потребителями произведённой в Донбассе продукции — подвержены сильнейшей политической коррекции. Так что создать хотя бы более-менее стабильно функционирующий рынок крайне затруднительно. Поэтому особо бережно волонтёры выгружают муку, пшено, крупы в мешках.


— У нас шесть хлебопекарен на всю республику. Пытаемся, как Христос, накормить народ нормальным ржаным хлебом…Пока вот получается. Пшеничный люди пекут у себя дома, — рассказывает один из чиновников республиканской администрации.


У каждой машины стоят женщины-наблюдатели от местных властей, тщательно записывают выгруженное. Всех уже достали разговоры о том, что «вся гуманитарка тут же свозится на рынок».


— Продукты чётко расписаны по социальным учреждениям — столовым, детским садам, школам, интернатам, больницам в разных городах ДНР, — говорит начальник управления восстановления ДНР Владислав Томашевский. — У нас специальная бригада занимается расфасовкой круп по килограммовым пакетам (объём одного пайка) для четырёх категорий граждан республики. Они это делают открыто, любой может посмотреть.


Основной груз 37-го конвоя — учебники, напечатанные в российских типографиях по специальному заказу руководства республик. В грузовиках порядка 223 тысяч букварей, учебников русского языка, литературы, физики, математики и др. для всех школьных классов. Обращаюсь к министру образования и науки ДНР Ларисе Поляковой с вопросом, не боится ли она обвинений в «идеологическом давлении» на Новороссию посредством поставок литературы из России.


— Что вы, посмотрите сами, в этих учебниках нет никакой идеологии, мы с зимы согласовывали ассортимент, разрабатывали стандарты, — уверяет она. — Ну, какая «навязанная идеология» может быть в учебнике английского языка. Меня вообще радует, что наши дети уже в 3-м классе будут изучать Пушкина, Толстого, Некрасова, Бунина, Крылова. Будем ждать теперь следующего конвоя — тогда все наши школьники получат уже полный комплект учебников. А вот прибывшую мебель мы решили распределить по дошкольным учреждениям Иловайска и Дебальцево. Им больше всех досталось…


На КПП складов нетерпеливо томилась срочно прибывшая бригада из ОБСЕ. Два юноши и девушка с нашивками ОSCЕ на бронежилетах, почти не говорящие по-русски, пытались объяснить, что им жизненно необходимо присутствовать при разгрузке гуманитарки. Наблюдателей пустили, показали им всё, что те хотели.


В Донбассе не скрывают своё сложное отношение к ОБСЕ. «Толку от них, как от козы нефти. Ходят везде, смотрят на разрушения, отмечают жертвы обстрелов, кивают головами, ахают, а затем отправляют пустые отчёты своим хозяевам. И зачем нам это счастье тут? Кормить их, охранять», — недоумевают в Донецке.


Мы в Киевском районе Донецка. Три километра от аэропорта — плёвая дистанция стрельбы для танка Т-72. Тем более для тяжёлой артиллерии. Донецкая специализированная школа №19, которую уже дважды накрывали снаряды со стороны «освободителей». В щепки разнесло крышу, в руины превратило учебные кабинеты, учительскую, спортзал.


— 28 августа 2014 года в нас попали первый раз и 9 февраля 2015 года — второй, — рассказала директор школы Ирина Кураковская. — Никто не пострадал только потому, что было тёмное время суток… Школу мы восстановили своими силами. Спонсоры помогли. Нам бы ещё к учебному году спортзал подремонтировать…


В момент интервью отчётливо слышны артиллерийские разрывы в Киевском районе. «О, это 152-мм по нам бьют», — уверенно подытоживает сопровождающий. Как раз та тяжёлая артиллерия, которая должна быть отведена по минским соглашениям.


Показательно, что вокруг донецкой школы №19 почти все дома целые. Досталось только ей и близлежащему заводу. Несложно догадаться, что цели выбираются неслучайно — в ДНР евроинтеграторы аккуратно и старательно разрушают инфраструктуру. «Дети должны сидеть в подвалах», как сказано выше. В тот день по сводкам пресс-центра ДНР украинская сторона нарушала режим мира свыше 100 раз. Были убитые и раненые.


Начинающийся учебный год в Новороссии сразу же продемонстрирует острейшие проблемы. 23 школы в ДНР либо разрушены, либо закрыты из-за того, что находятся на линии соприкосновения. В той же школе №19 из 750 учеников 1 сентября встретят всего 380. Остальные ищут покоя в соседней России. Те же, кто не уехал, готовятся встречать 38-й конвой МЧС со школьными учебниками для воюющей и непризнанной республики.


Подпишитесь на каналы «Эксперта Юг», в которых Вам удобнее нас находить и проще общаться: наше сообщество ВКонтакте, каналы в Telegram и на YouTube, наша группа в Одноклассниках .
ссылка1