Ресторатор о кризисе: «Бизнесу хана! Его нет...»

3069
7 минут
Ресторатор о кризисе: «Бизнесу хана! Его нет...»

Последствия борьбы с распространением коронавируса больнее всего ударили по ресторанному бизнесу. Одна из самых «продвинутых» на Кубани сфер деятельности оказалась под угрозой исчезновения. Известный краснодарский и московский ресторатор Тахир Холикбердиев рассказал о том, кто переживет этот кризис в ресторанном бизнесе и куда исчезнет «средний класс».

— Добрый день, Тахир! Вопрос не из легких: как переживаете нынешние времена?
— Бизнесу хана. Его нет. Никакого бизнеса, ни малого, ни среднего, особенно на юге России, не останется.

— Пессимистичный прогноз…
— Ну, а как иначе? Президент говорит: в стране нет денег, поэтому дальше мы продолжаем выходные дни за счет работодателей. Работодатель, то есть мы, не работает. Мало того, что мы мало работали, так как не было и потока людей в марте. Мы не должны работать в апреле, но при этом должны платить зарплату сотрудникам. Откуда мы возьмем эти деньги? Государство должно было ввести режим карантина либо чрезвычайной ситуации. В этом случае оно берет на себя обязательства по обеспечению и по потерям компаний и физических лиц. Но государство это переложило на нас. Соответственно, у малого бизнеса денег нет.
Тахир1.jpg
— Никаких мер для спасения не предпринимаете?
— Судите сами, на Кубани режим карантина, что будет дальше, мы пока не знаем – не видели никаких постановлений. Говорят, отношение у властей к происходящему такое: бизнес ничего не теряет, так как сейчас не сезон. Проблем вроде бы нет. А ничего, что нам каждый месяц нужно платить зарплату людям, за отгрузку поставщикам? Это никого не волнует. Да мы ничего не ждали, просто хотим конкретики. Я для себя решение нашел — за счет каких-то личных средств, продажи личного имущества заплачу сотрудникам. Но апрель потянуть не смогу.

— Удалось ли вам ознакомиться с декларируемыми мерами поддержки со стороны госструктур?
— Там нет какой-то конкретики, все только декларируется, вы правы. На этом фоне есть куча предложений от банков взять кредит. Даже под 1%, главное — приходите. Но это все профанация. Они сами ждут какого-то постановления от Центрального банка, как себя вести. Нам предложил один из банков: «Мы готовы вас кредитовать на погашение зарплатной задолженности, кредит выдадим на шесть месяцев». Но эти деньги не решат никаких вопросов. Через шесть месяцев мы должны их отдать, а по некоторым прогнозам, отрасль начнет работать в лучшем случае в июле. Люди выйдут из карантина без денег, все потратят на содержание себя. У меня нет другого источника дохода. Я сейчас буду тратить личные средства на то, чтобы выдать зарплату сотрудникам, поэтому тоже выйду из этой ситуации без денег. Два-три месяца люди будут раздавать долги, собирать деньги, искать работу… Мой прогноз: за шесть месяцев рынок horeca никак не изменится. А в это время нам банки скажут: возвращайте деньги, которые мы вам дали на зарплату. Где мы их возьмем?

— Каковы сейчас взаимоотношения с банками? Требуют ли они досрочно погасить долги?
— Могу вам ответить, что многие банки закрыли финансирование ресторанным группам еще в конце марта. У них были долгие кредитные соглашения, долгие овердрафты. У меня такое ощущение, что государство хочет, чтобы малого и среднего бизнеса не было. На Юге России в МСБ задействованы миллионы людей. Если бы государство хотело, чтобы они остались с работой, оно бы поступило совсем иначе.

— Что, на ваш взгляд, ждет впереди МСБ?
— Нас ждет огромная безработица, думаю, что 70% ресторанов никогда больше не откроются на юге России. Люди будут искать работу в других сегментах.

— Если все же попробовать мысленно пережить этот кризис и заглянут в будущее. Каким будет ресторанный бизнес, когда все закончится?
— Останутся только сетевые проекты типа «Макдональдса» или KFC. Это будет восприниматься как повседневный ресторан. У людей будут деньги исключительно на этот сегмент. И будут дорогие рестораны. Люди с высоким уровнем достатка с минимальными потерями переживут этот кризис. Последние пять лет на юге России: Кубань, Дон, Ставрополье — набирал силу средний класс. Но теперь среднего класса не будет. А ведь именно его представитель в лице менеджера среднего звена или владельца среднего бизнеса — основной потребитель рынка horeca. Будут либо бедные люди, либо очень богатые.

— Чем планируете заниматься?
— Мы не можем сократить сотрудников, иначе нас ждет уголовная или административная ответственность. Юридические лица до конца года не имеют право подавать на банкротство. Поэтому, как только эта ситуация будет решена, каждый из нас себя найдет в чем-то другом: либо в нашей стране, либо в другой.

— Вы уже настроились уезжать?
— Я хотел уехать в 2011 году, но мне показалось, что я могу пригодиться родной стране. Я хочу работать здесь, но те обстоятельства, которые складываются… создается впечатление, что кто-то не хочет, чтобы мы тут работали, платили налоги. Естественно, я попытаюсь спасти свой бизнес. Но для меня сейчас самое главное – чтобы люди, с которыми я работаю 10 лет, получили зарплату за март. Это моя принципиальная позиция. За апрель я отвечать не буду, как бы не хотело наше государство. Если хочет, пусть отвечает. Но те действия, которые предложены, они не спасут нас никогда. Нас отправляют на выходные с сохранением зарплаты. Откуда ресторану брать деньги, если у него нет валовой выручки?

Южане.jpeg
— Назовите меры, после которых вы бы могли сказать «да, ситуацию удастся пережить».
— Объявление режима ЧС по всей стране, а не выходных дней. Когда государство берет на себя обязательства и оказание помощь тем отраслям, которые пострадали. А это практически все те отрасли, которые связаны с малым и средним бизнесом. Косвенно эта ситуация ударит и по крупному бизнесу, ведь все взаимосвязано. Цепочка началась с нас, а дальше, я уверен, будет огромный банковский кризис. Огромное количество людей будет не в состоянии вернуть кредиты. Нужна отсрочка по налогам, предоставление беспроцентных кредитов не на шесть месяцев, а на несколько лет по разным сферам. Тогда бизнес сможет восстановиться. Мы же не просим списать долги. Когда все это началось, я сразу сказал, что нам надо рассчитывать только на себя. Не мешайте нам только.

— Как себя в этой ситуации ведут себя бизнес-партнеры?
— Если говорить об арендодателях, то в 90% случаев люди повели себя адекватно. Для них это бизнес, они прекрасно понимают, что, если сейчас не пойдут на какие-то меры, чтобы сохранить арендатора, то не найдут никого. Эти люди тоже терпят убытки. А у них налоги на имущество, налоги на землю. Аренда – это не самая большая проблема. Арендодатель, если захочет, чтобы ему кто-то что-то платил, снизит ставку на 70%. Самая большая – заработная плата, когда ты не работаешь. С поставщиками тоже можно договориться. Большинство поставщиков готовы предоставить отсрочку, реструктуризировать долги. Рынок сократится на 70%. Кому они будут поставлять весь объем товаров, к которому они привыкли? Я просто понимаю, что, когда мы все откроемся, чтобы вернуться на выручку, которая была бы наша «точка ноль», нам нужно минимум полгода. То есть полгода нужно будет все это дотировать. А ведь у нас есть много кредитов. Рынок оказания услуги и торговли, это низкомаржинальный бизнес, который работает на постоянно поступающем обороте. Есть сезонность. Но это мы понимаем, мы могли это как-то контролировать.

— Сколько сотрудников работает в ваших шести ресторанах?
324 человека. Мы работали в марте на 30% от своих возможностей… Можно продать квартиру, машину… но никто же не купит сейчас, никто ж не хочет. Нет ни у кого денег.

— Уйдете в отказ?
— Я не могу иначе. Чем я буду платить? Можно я скажу одну фразу, и вы ее оставите? Рынок будет в жопе…


Подпишитесь на каналы «Эксперта Юг»
, в которых Вам удобнее нас находить и проще общаться: наша группа в Facebook, формат «без галстука» в канале Telegram, наш канал на Youtube, наш Instagram, наш Яндекс.Дзен. Теперь наши дайджесты и интервью можно не только читать, но и слушать в нашем подкасте на SoundCloud

  • Комментарии
Загрузка комментариев...