Предприниматели из регионов ЮФО оценивают свои потери от атак на склады в Котовске и Электростали, Невинномысске и Краснодаре в суммы от 4 до 27 млн рублей //Фото: magnific.сom
Поделиться
Предприниматели из регионов ЮФО оценивают свои потери от атак на склады в Котовске и Электростали, Невинномысске и Краснодаре в суммы от 4 до 27 млн рублей. Подсчеты убытков от атак на комплексы в Краснодаре и Невиномысске еще продолжаются. Для крупных компаний потеря товаров станет достаточно сильным ударом, для мелких предпринимателей это может обернуться банкротством. Наиболее болезнен для селлеров сейчас вопрос компенсаций, объем которых пока остается неясным, выяснил «Эксперт Юг» в беседе с бизнесом.
Целью подобных атак — дестабилизация ситуации в России, создание логистического хаоса и нанесение максимального финансового ущерба крупному бизнесу и сотням тысяч предпринимателей, говорят собеседники.
Оба комплекса приостановили работу. Продавцы могут отменить запланированные поставки или привезти товар на любой другой склад, заявили в Wildberries. Плату за хранение на пострадавших комплексах перестали начислять с 22 июля. По предварительным оценкам агентства Data Insight, ущерб от удара для селлеров мог составить 100-120 млрд рублей.
Это уже вторая атака на инфраструктуру маркетплейса. В ночь на 18 июля БПЛА атаковали склады Wildberries в Котовске Тамбовской области и в подмосковной Электростали. В результате комплексы загорелись. В Котовске семь человек погибли, 25 пострадали. В Электростали ранения получили 36 человек, один из них позже скончался. Следственный комитет возбудил уголовные дела о террористических актах по статье 205 УК РФ. Атакованные склады приостановили работу, поставки на них перестали принимать. Все товары, которые хранились на площадках, временно сняли с продажи. Комплекс в Котовске возобновит прием поставок 23 июл. Товары, которые там хранились, вернутся в продажу, сообщила Татьяна Ким. Потери товара от этой атаки Data Insight оценивали в 150-170 млрд рублей.
Сколько потеряли селлеры из регионов Юга
Сейчас селлеры массово выгружают отчёты об остатках на даты, предшествующие пожару, чтобы зафиксировать объёмы утраченного товара, рассказала руководитель комитета по развитию предпринимательства на цифровых платформах краснодарского отделения «Опоры России», индивидуальный предприниматель Мария Байдала.«В Краснодарском крае зарегистрировано порядка 2,5 тыс. селлеров. По моей оценке, минимум 1 тыс. из них имели товары на горевших складах и пострадали. У меня лично товары были на четырёх складах, которые уже сгорели (Краснодар, Электросталь, Котовск, Невинномысск). После пожара в Электростали ущерб составил несколько миллионов рублей. По итогам происшествий в Краснодаре и Невинномысске потери пока только подсчитываем. Всего мои товары размещались на семи складах, осталось три. Если завтра загорятся ещё — бизнеса не останется», — говорит Байдала.
Основательница ростовского бренда одежды Luca'Denim Анастасия Лукина рассказала, что товары бренда пострадали на всех четырех складах — в Электростали, Котовске, Краснодаре и Невинномысске.
«Предварительный ущерб, который мы можем подсчитать самостоятельно, составляет около 7 миллионов рублей. Это примерно 15% от общего объёма наших товарных запасов. После происшествия мы первым делом застраховали свои товары на Ozon — там есть функция, которая покрывает риски, связанные с беспилотниками. На Wildberries такой опции нет. При этом вывезти товары со складов ВБ мы не можем, даже чтобы спасти то, что ещё цело. Юристы по судебной практике говорят, что рассчитывать на компенсации вряд ли стоит — скорее всего, они будут минимальными или их не будет вовсе», — поделилась Лукина.
Поделиться
Рассчитывать на компенсации вряд ли стоит — скорее всего, они будут минимальными, предположила Анастасия Лукина //Фото: предоставлено спикером. Потери бренда «Крымская роза» (Крым) от ударов 18 июля оцениваются в 12 млн рублей, рассказал ранее генеральный директор предприятия Иван Гладун. В ночь на 22 июля компания потеряла товары еще на 15 млн рублей.
«Рабочий день начался в 7 утра с того, что мы узнали, что еще на 15 млн рублей продукции у нас сгорело на складах Wildberries в Краснодаре и Ставрополе. Это очень большой стресс. Стараемся держаться. Мы понимаем, что самое главное сейчас — обеспечить логистику по всем складам, добавить новые способы доставки. В этот раз порядка 20 позиций нашего ассортимента выгорели под ноль», — сообщил Гладун в видео, опубликованном в социальных сетях бренда днем 22 июля.
Примерно половина товарного запаса ООО «Южная швейная фабрика» (Краснодарский край) оказалась под угрозой уничтожения в результате атак по складам маркетплейса, сообщил генеральный директор предприятия Денис Волков.
«Наши товары распределены по разным складам, но основными для нас были Электросталь, Краснодар и Невинномысск. В результате недавних атак пострадали все три этих склада — примерно половина нашего товарного запаса сейчас под угрозой уничтожения, но мы пока точно не знаем, все ли сгорело. По себестоимости утраченная часть оценивается примерно в 4 млн рублей. Однако в отпускной цене на Wildberries эта сумма значительно больше», — сообщил Волков.
По словам представителя компании, указанные потери не являются для предприятия критическими, банкротства не последует, если ситуация стабилизируется. Наибольшие опасения у бизнеса сейчас вызывает возможное продолжение атак.
Экономические последствия атак по складам
Прямым следствием ударов станет временный дефицит определенных категорий товаров в Южном федеральном округе и перенаправление логистических потоков через другие хабы (что увеличит издержки на транспортировку), считает доцент Финансового университета при Правительстве РФ Ирина Карапетова.Одним из серьезных последствий станет ликвидация бизнесов, говорят селлеры. Ситуация усугубляется тем, что заканчивается второй квартал, до 28 июля необходимо уплатить налоги. Как отмечает Мария Байдала, платить будет нечем, возникнет налоговая задолженность с пенями, поступлений в бюджет не будет. Это уже системные риски для государства.
«Мы пытаемся подсчитать убытки, будем привлекать юристов, чтобы добиться хоть каких‑то выплат. Но даже если Wildberries предложит минимальную помощь, она не покроет реальной себестоимости вложенных средств. Даже если Wildberries выделит какие‑то средства, они покроют лишь малую долю убытков. Банкротства и закрытие производств неизбежны — это вопрос ближайшего времени», — подчеркивает Байдала.
Как стало известно 22 июля, Ассоциация участников рынка электронной коммерции (АУРЭК) направила письмо с предложением мер поддержки главе Минфина РФ Антону Силуанову и руководителю ФНС Даниилу Егорову. В ассоциации предложили ввести полугодовые «налоговые каникулы» для селлеров, чьи товары пострадали от пожаров на складах Wildberries. Отсрочка предлагается по уплате налогов и страховых взносов, без начисления пеней и штрафов на этот период. Получить такую льготу смогут только те предприниматели, которые документально подтвердят факт порчи или уничтожения своего имущества.
Вечером 22 июля также стало известно, что Wildberries уже начал выплачивать компенсации продавцам, чьи товары оказались повреждены или уничтожены после атак ВСУ по складам маркетплейса. Об этом сообщила Татьяна Ким в ходе пресс-конференции. Для обеспечения выплат компания запустила так называемый «симулятор продаж». Выплаты таким образом должны будут поступить на счета 88 тыс. селлеров.
«Вывести деньги можно будет по обычному процессу и в обычные сроки. То есть если вы получили выплату сегодня, запросить вывод можно будет 10 августа», — цитирует обращение к продавцам «Коммерсантъ».
Также меры поддержки анонсировали и в отдельных регионах. Например, в Ставропольском крае региональное Министерство экономического развития сообщило о намерении предоставить пострадавшим предпринимателям свои услуги.
Еще одно серьезное последствие — рост цен на товары до 30%, уверен Денис Волков.
«Неизбежно повышение цен на товары. Уже 7 июля Wildberries внёс изменения в оферту: помимо пункта о форс‑мажоре для атак БПЛА, он повысил комиссию для большинства категорий товаров почти на 7%. Чтобы компенсировать это повышение, селлеры были вынуждены поднять цены на 20-30%. С учётом новых потерь я прогнозирую дополнительное повышение цен как минимум на 30% в ближайшие один‑два месяца», — рассказал предприниматель.
Впрочем, по мнению Анастасии Лукиной, не факт, что повышение цен реально будет и поможет бизнесу.
«Ориентировочно, чтобы выйти из ситуации, селлерам действительно придется поднимать ценник примерно на 30%. Но здесь есть ловушка: спрос жёстко коррелирует с ценой. Кроме того, часть селлеров в панике демпингует, пытаясь распродать остатки и выйти с площадки. Поэтому повышение цен не гарантирует роста выручки, но другого выхода, скорее всего, не будет», — пояснила Лукина.
Рекордный ущерб для рынка e-commerce
По предварительным оценкам аналитического агентства Data Insight, если склады в Краснодаре и Невинномысске были заполнены полностью и товары уничтожены, потери селлеров могут составить 100–120 млрд рублей.Общая площадь атакованных складов — примерно 270 тыс. кв. м, что составляет около 5% всей складской инфраструктуры Wildberries. Однако, в самой компании сообщили, что общая площадь пострадавших складов — 100 тыс. кв. м. Примерно в такую же сумму — около 150-170 млрд рублей — эксперты оценивали и ущерб от предыдущих атак в Тамбовской и Московской областях. По подсчетам “Коммерсанта”, общая площадь пострадавших четырех складов составляет 552 тыс. кв. м.
«Стоимость товаров на складе — величина динамическая, 100 миллиардов — это, скорее всего, максимальная розничная или оценочная стоимость товарных остатков при 100% загрузке. Реальные выплаты по страховкам и компенсациям будут зависеть от множества факторов: категории товаров, наличия документов, подтверждающих их стоимость, и условий договоров оферты. Моя личная оценка безвозвратных потерь с учетом сгоревшего объема и логистического коллапса может находиться в диапазоне от 40 до 70 млрд рублей, что все равно является рекордным ущербом для рынка e-commerce за всю его историю», — говорит доцент Финансового университета при Правительстве РФ.
Как пояснила Ирина Карапетова, выбор целей — логистические хабы крупнейшего интернет-ритейлера страны — это новый виток эскалации, направленный на нанесение ущерба тыловой экономике. Цель подобных атак очевидна — дестабилизация внутренней ситуации, создание логистического хаоса и нанесение максимального финансового ущерба не только самому бизнесу, но и сотням тысяч предпринимателей.
Кто заплатит компенсации
Вопрос компенсаций потерь для предпринимателей сейчас стоит особенно остро. Ситуация осложняется ситуация тем, что незадолго до ударов по складам, 7 июля 2025 года, Wildberries внёс изменения в договор оферты с селлерами. Маркетплейс включил туда положение о том, что атаки БПЛА и иные подобные события квалифицируются как форс-мажор. Это означает, что компания не несёт ответственности за утрату товара и компенсации не предусмотрены.
Поделиться
В судах позиция селлеров не безнадежна, уверен Юрий Мирзоев //Фото: предоставлено спикеромКак поясняет генеральный директор ООО «Национальная юридическая компания «Митра» Юрий Мирзоев, положение селлеров тяжелое, но юридически не все безнадежно.
«Wildberries, изменив оферту перед самым ударом, загнал сам себя в ловушку, дав селлерам сильный аргумент о злоупотреблении правом и лишив себя возможности ссылаться, что атака БПЛА и так являлась форс-мажором до внесения изменений 7 июля 2026 года в оферту (редакция №98). Внесение же изменений 7 июля, за две недели до первой атаки, — это классический пример недобросовестного поведения, которое суды обычно пресекают», — считает Мирзоев.
По товарам, принятым на склады до 7 июля, ситуация для селлеров выигрышная, убежден юрист. Здесь работает принцип: закон обратной силы не имеет. Условия хранения имущества фиксируются на момент его передачи. Если товар поступил на склад 1 июля, когда пункта 11.3.4.1 не существовало, Wildberries обязан хранить его на условиях прошлой редакции.
«По товарам, принятым после 7 июля, ситуация сложнее, но бороться тоже можно. Пункт, включающий атаки БПЛА в форс-мажор в текущей военно-политической обстановке и за две недели до события (и учитывая, что СВО уже идет более 4 лет), кардинально меняет распределение рисков. Селлер не мог разумно ожидать, что маркетплейс, берущий плату за логистику и хранение, снимет с себя ответственность за сохранность товара по самому актуальному риску спустя более чем 4 года после начала СВО. Суд может отказать в защите права, основанного на таком условии. Кроме того, можно ставить вопрос о злоупотреблении правом (ст. 10 ГК РФ)», — сказал Мирзоев.
По мнению Мирзоева, при судебных разбирательствах нужно учитывать ряд факторов:
1. Отсутствие действий по обеспечению безопасности маркетплейса после предыдущих атак. После 18 июля (Электросталь и Котовск) директора складов в Краснодаре и Невинномысске, проявляя должную заботливость, были обязаны расценивать угрозу удара как реальную и неизбежную. Между тем, ими не эвакуирована часть наиболее ценного товара, не усилены системы пожаротушения и оповещения, персонал не рассредоточен. Это уже не «чрезвычайная непредотвратимость», а предвиденная неподготовленность.
2. Злоупотребление доминирующим положением. Wildberries — цифровой монополист, следовательно, селлер не мог повлиять на условия оферты. Суд может расторгнуть или изменить кабальные условия договора.
3. Техническая экспертиза. В суде нужно ставить вопрос о назначении экспертизы по вопросам соответствия системы пожаротушения масштабам склада и характеру угрозы, а также наличия конструкций, способных минимизировать последствия прилета БПЛА.
Однако, по мнению управляющего партнера адвокатского бюро «Домащенко и партнеры» Романа Домащенко, вопрос о реальности форс-мажора здесь не стоит. Скорее всего любой суд признает произошедшие пожары таковым.
«Уголовные дела уже возбуждены по фактам терактов. Этого достаточно, чтобы суды признали ситуацию форс-мажорной. Что касается «недостаточных мер» — компании на законодательном уровне запрещено создавать военизированные подразделения для охраны объектов. Охрана складов от БПЛА силами самой компании — это нереалистично. Государство охраняет стратегические объекты, но логистические центры к ним не относятся. А вопрос о выделении вооружённой охраны на склады Wildberries — это приоритеты Минобороны, и понятно, что в первую очередь защищают НПЗ, а не склады маркетплейсов», — пояснил Домащенко.
ПоделитьсяСеллеры в своих отношениях с контрагентами также смогут ссылаться на форс-мажор, уверен Роман Домащенко //Фото: предоставлено спикером
Также селлеры в своих отношениях с контрагентами также смогут ссылаться на форс-мажор, если суд признает атаки таковым, убежден Роман Домащенко. Но здесь важно то, что у пострадавших есть и другие инструменты — например, обращение в банки для перекредитования. Сбер и ВТБ уже заявили о готовности помогать.
Юристы сходятся во мнении, что разрешение ситуации с компенсацими и мерами поддержки носит скорее политический характер. При решении этой категории споров на суд может влиять и политическая целесообразность, реакция СМИ и активность самих селлеров.
Сами селлеры надеются договориться об урегулировании вопроса о компенсациях с Wildberries мирным путем без судебных разбирательств.
«Я считаю, что сейчас важно искать компромисс, а не перекладывать ответственность исключительно на маркетплейс или на селлеров. Если обвинить во всём Wildberries и заставить его взять на себя все убытки, компания может не справиться с финансовой нагрузкой и не восстановиться. Если же всю тяжесть потерь возложить на селлеров, они массово обанкротятся. Оптимальный сценарий — взаимная поддержка», — резюмировал Денис Волков.
