Григорий Шифрин, «Компания О3»: Мы строим не цех, а технологическую экосистему

В 2020 году «Компания О3» на базе бывшего Ростовского лакокрасочного завода в Азове запустила первую очередь современного производства лакокрасочной продукции и огнезащитных материалов. За пять лет объём инвестиций в площадку превысил 600 млн рублей, выручка по итогам 2025 года достигла 5,2 млрд, а доля продукции в сегменте огнезащитных материалов превысила 15%. В нынешнем году компания завершает строительство второго завода в ОЭЗ «Ростовская» (Новочеркасск) с инвестициями порядка 500 млн рублей и планирует открыть производственную площадку в Казахстане.

— С какими показателями вы завершили 2025 год?

— 2025 год «Компания О3» закрыла с выручкой 5,2 миллиарда рублей и налоговыми отчислениями свыше миллиарда. Я всегда обращаю внимание именно на эту связку: оборот — это, конечно, хорошо, но реальный вес бизнеса измеряется его вкладом в экономику страны.

Что касается Азова, то сегодня завод антикоррозионных и огнезащитных материалов работает на полной проектной мощности. Дальнейший рост обеспечит Новочеркасск, который даст 12 тысяч тонн органорастворимой продукции в год. Вводиться площадка будет в две очереди. Первая по плану в конце 2026 года.

Завод антикоррозионных и огнезащитных материалов в Азове сегодня работает на полной проектной мощности, дальнейший рост обеспечит Новочеркасск, который даст 12 тысяч тонн органорастворимой продукции в год // Фото: пресс-служба «Компании О3»

— Каков сегодня главный вызов для производителей ЛКМ?

— Рынок лихорадит: дорогие деньги, длинная логистика, ценовое давление со стороны заказчиков — всё это вынуждает многих уходить в бюджетные решения. Но в нашей нише — промышленных и особенно огнезащитных покрытий — главная проблема даже не в экономике. Возник острый дефицит доверия. Я говорю о засилье контрафакта, проблеме сертификации и честной огнезащите. По экспертным оценкам, доля фальсификата в индустриальном сегменте доходит до 25–45 процентов. И мы имеем дело не с кустарным «сделано в гараже», а с грамотно выстроенным системным подлогом: этикетка и документы копируют оригинал, а внутри — состав неизвестного состава и происхождения. Не факт, что он откровенно плохой, но он имеет характеристики, отличные от заявленных. Для огнезащиты это фатально. Если балка должна выдержать при пожаре 90 минут, а «серое» покрытие сгорает за 30, речь идёт уже не о сэкономленных рублях, а о человеческих жизнях.

Именно поэтому заказчики начали требовать доказательств. Им мало красивой бумаги — нужна железная прослеживаемость партии от конвейера до стройки. Со своей стороны «О3» внедряет механизмы защиты от подделок и активно выступает за то, чтобы обязательная маркировка «Честный знак» пришла в индустриальный сегмент. Сейчас она работает только для потребительской розницы, хотя именно в промышленности вопрос подлинности материала напрямую равен безопасности.

— Год назад вы анонсировали проект строительства нового завода в Новочеркасске. Почему выбор пал на ОЭЗ «Ростовская» и какой будет специализация площадки?

— Это принципиально новое направление. Новочеркасск — площадка под индустриальные краски, под промышленные покрытия с другой технологией применения и другими требованиями к конечному продукту.
Почему именно Юг и ОЭЗ? Всё просто: «Компания О3» здесь живёт и работает, у нас тут отличная команда, выстроенная логистика и мощный НИОКР-центр в Азове. Строить завод с нуля под свои нужды оказалось банально эффективнее, чем пытаться перекроить действующий завод без остановки производства или покупать чужую площадку. Мы смогли сразу заложить в проект все наши требования по энергоэффективности, автоматизации, экологичности и безопасности.

— Вы планировали завершить объект в Новочеркасске в 2026 году. На каком этапе сегодня проект?

— Работы вышли на финишную прямую — заканчиваем монтаж первой очереди оборудования. Дальше пойдут пусконаладка, обкатка режимов и выпуск опытных партий. Начало серийного производства намечено на четвёртый квартал 2026 года, график мы выдерживаем. Финансовая рамка тоже осталась неизменной — порядка 500 миллионов рублей.

Новое производство, как и завод в Азове, максимально автоматизировано. С учётом инженерного персонала и научного блока мы говорим примерно о 30 новых рабочих местах. Но здесь важна синергия — новая площадка будет работать в тесной связке с нашими разработчиками из Азова. Мы строим не изолированный цех, а расширяем единую технологическую экосистему.

— Вы ориентированы на B2B и промышленность — почему? Есть ли планы развивать розничные продажи?

— Розница — это отдельная планета. Там идёт война не столько технологий, сколько маркетинговых бюджетов, полочного пространства и узнаваемости бренда. В этом сегменте исторически доминируют компании, обладающие готовой инфраструктурой бывших зарубежных заводов и годами выстраивавшимися розничными сетями.
Наша команда осознанно выбрала промышленность и построила производство с нуля под российские реалии — логистику, климат и отечественные стандарты. Потому что мы продаём не красивую этикетку по рекомендательным технологиям, а конкретный, измеримый результат на объекте.

Да, было вложено огромное количество ресурсов в лаборатории и разработку рецептур. Идти по этому пути сложнее, чем просто локализовать чужую готовую модель, но это даёт невероятную гибкость. Серьёзный производитель должен понимать, как работает каждый килограмм его материала в суровом российском климате, и нести за него личную ответственность. Поэтому розница нам сейчас не интересна. Наша сильная сторона — решение сложных инженерных задач.

— Как изменился портрет российского покупателя лакокрасочной продукции в B2B сегменте за последние годы? Каковы приоритеты промышленных заказчиков сегодня?

— За последние несколько лет промышленный заказчик стал заметно более требовательным и прагматичным, если хотите, более профессиональным. Да, все по-прежнему считают деньги, но теперь фокус сместился на предсказуемость и гарантии.

Во-первых, тотальный запрос на прослеживаемость. Люди обожглись на контрафакте, когда под видом известного бренда им привозили другое. Теперь заказчик требует прозрачности: покажите мне путь банки от вашего завода до моей стройки.

Во-вторых, сервис. Просто отгрузить товар уже недостаточно. Покупатель хочет, чтобы производитель помог подобрать систему, научил подрядчика с ней работать и проконтролировал нанесение на площадке.

Ну и главное: теперь обсуждается не цена за литр краски, а стоимость жизненного цикла. Клиентов волнует, что будет с покрытием через 15 лет, легко ли его ремонтировать и как избежать простоев предприятия. Теперь обе стороны понимают, что дешевая краска на старте может обернуться колоссальными убытками при эксплуатации.

— Вы заявляли о планах построить завод в Казахстане. Почему выбор пал на Казахстан и на каком этапе этот проект?

— Казахстан — логичный выбор для нас по нескольким причинам. Во первых, это рынок с очень высокой концентрацией нефтегазовых проектов. Естественно, им нужна мощная антикоррозийная и огнезащитная база. Но чтобы там успешно работать, мало просто возить материал через границу. Местные правила жёстко требуют локализации: строй завод, покупай местное сырьё, обеспечивай сервис. Сам процесс захода оказался дольше ожидаемого. Очень много времени ушло на подбор самой подходящей территории. Место наконец выбрано, проработка проекта продолжается. Казахстан — не единственная точка роста, но стратегически важная. Мы рассматриваем его как базу для дальнейшего развития в Центральной Азии и на соседних рынках, а не просто как склад готовой продукции.